– Боюсь, что нет.

– Не беспокойся, – заверил его мужик с вилами. – Убьем и тебя, словно ты тоже знаменитость.

Сэр Шуран положил руку на навершие клинка.

– Боюсь, вам придется нелегко.

– Нас больше, чем вас, – ответил мужик с вилами.

Он обвел рукой стоявших. Мало кто из них выглядел как воины – это были простые крестьяне и торговцы. Одна девушка яростно размахивала кинжалом, и на миг мне даже показалось, что это Алина. Святые угодники, лишь бы галлюцинации не начинались еще и во время бодрствования.

Рыцари захохотали – Вера посмотрела на них сквозь прищуренные глаза.

– Хихикайте сколько вздумается, господа рыцари, но некоторые из нас уже наслушались вашего смеха на всю жизнь.

Она кивнула одному из своих людей – двое мужчин дернули за веревки, которые, как я теперь заметил, уходили к верхушкам деревьев по обе стороны дороги. И тут же из земли возникли пики, грубо сработанные из веток. А прямо за нами появились человек двадцать крестьян, вооруженных луками, пращами, кинжалами и даже просто булыжниками.

Я посмотрел на Кеста – он покачал головой. Я с ним согласился: другого выхода не осталось. Если бы мы попытались обойти копья, чтобы добраться до противников, жители деревни просто забросали бы нас камнями и стрелами.

– В чем дело, господа рыцари? Больше не смеетесь?

– Вы совершаете ошибку, – сказал я.

– Неужели? Мы собираемся взять в заложники тех, кто был послан, чтобы убить нас, – вряд ли это можно назвать ошибкой.

– Если бы мы пришли убивать вас, – ответил сэр Шуран, – мы бы привели с собой еще тридцать рыцарей. Вы бы уже были мертвы. Я – сэр Шуран, рыцарь-командор Арамора. Герцог Исолт послал нас, чтобы уладить разногласия.

Крестьяне насторожились. Они слишком долго пытались выжить под гнетом дворян, жадность которых не вызывала у них доверия.

Вера повернулась ко мне.

– Ты сказал, что вы плащеносцы. Ну-ка, докажи.

– Как ты хочешь, чтобы я доказал?

– Назови мне седьмой имущественный закон.

Я уже собирался ответить, но Валиана меня опередила:

– Седьмого закона не существует.

Вера попыталась взглядом заставить Валиану отступить, и я понял, что они не сильно отличаются по возрасту, как мне раньше казалось. Разница была лишь в том, что Валиана провела восемнадцать лет в роскоши и безопасности, а Вера нет.

– Хорошо. Тогда каков шестой закон?

Девушка не замешкалась:

– Подати не могут превышать четверти от полученного дохода.

Не стоило удивляться тому, что Валиана могла по памяти цитировать королевские законы. В конце концов, она почти всю жизнь готовилась стать королевой. Вне всяких сомнений, девушка учила законы Тристии, даже те, которые герцоги никогда не позволяли проводить в жизнь.

Вера с подозрением поглядела на нее.

– Любой, кто читал «Книгу королевских законов», мог бы это сказать.

Валиана нахмурилась. При желании она могла вести себя как самая настоящая надменная аристократка.

– Тогда зачем было спрашивать?

– Если бы вы не знали ответа, я могла бы сэкономить время, – ответила та.

Я посмотрел на жителей деревни, которые пришли сюда, готовые к драке. Вряд ли хоть кто-то из них знал королевские имущественные законы или любые другие.

– Что ж, похоже, не сработало, – сказал я. – А вы знаете, почему король придумал шесть имущественных законов?

– Чтобы герцоги не могли отбирать у нас всё, что мы зарабатываем собственным трудом?

– Частично, – признал я.

– Только эта часть и имеет значение.

– Но не для монарха, – вступила Валиана. – Если герцог возлагает на вашу землю непомерные подати, то из-за этого уменьшаются запасы еды, дерева и прочих товаров, которые вы могли бы продать. Таким образом, вся система начинает разваливаться. Эти законы предотвращают экономический крах в королевстве.

– Зачем вы мне об этом рассказываете? – спросила Вера.

– Чтобы вы знали, что король хотел, чтобы вы платили свои чертовы подати, – сказал я.

Вера фыркнула.

– Смешной. Когда ты умрешь, я насажу твою голову на пику – надеюсь, она меня будет смешить после тяжелой работы на полях.

– Он вовсе не такой смешной, когда умирает, – сказал Брасти. – Особенно когда начинает нотации читать.

Я услышал звук спущенной тетивы, затем левой щекой почувствовал колебание воздуха: стрела пролетела мимо и вонзилась в дерево, стоявшее позади меня. Руки старика больше не выдержали напряжения. Прежде чем я успел среагировать, один из рыцарей Шурана обнажил клинок и шагнул вперед.