– Когда?

Я не знаю, почему спрашиваю у Уэстлин. Я очень сомневаюсь, что Киран вернулся и обсуждал с ней заседание совета.

– Понятия не имею. Думаю, это зависит от условий переговоров.

– Время вышло, Уэстлин. Возвращайся в мою комнату.

Возвращайся в мою комнату. Эти слова вызывают тошноту.

– Это там тебя держали все это время? В его комнате?

– Да.

О Боже. Он держал ее в своей спальне весь день и всю ночь. Я даже не хочу думать о том, сколько раз он насиловал ее с тех пор, как мы сюда приехали.

Я хотела выступить в защиту Уэстлин, но слезы, которые я сдерживала, имеют свое собственное мнение.

– Мне так жаль, что тебе приходится через это проходить.

– Посмотри на меня и послушай, что я тебе скажу, Эллисон. Услышь мои слова. Всё. Нормально.

– Но как?

Уэстлин была сильной в лимузине всего через несколько минут после того, как нас похитили. А сейчас она кажется спокойной и собранной. Может быть, она прошла какое-то обучение в Братстве, где научилась не показывать своего страха или слабости?

– Уэстлин...ты здесь закончила, - говорит Киран.

– Мне нужно идти. Будь сильной. Все будет хорошо.

Мы обнимаем друг друга так, словно никогда больше не увидимся. Увижу ли я ее снова?

– Будь сильной.

А потом я снова остаюсь одна. И начинаю плакать. Снова.

***

Сегодня третья ночь в Ордене. Одиночное заключение. Тюрьма. Бастилия. Как бы вы ни называли это место.

Каждый день похож на другой. Я уже привыкла слышать, как щелкает замок, а затем тот же самый член Ордена приносит поднос с едой. Интересно, это будет рыба с жареной картошкой или тушеное мясо с содовой? Высокий, темноволосый и не очень красивый, с огромным шрамом на щеке, на этот раз не держит мой поднос с ужином.

– Иди.

– Куда идти?

Нет ответа. Полный шок. Я встаю и следую за членом ордена.

– Куда ты меня ведешь?

– Босс отвезет тебя домой.

Домой. К Джейми. Мои колени почти подгибаются, и на этот раз я теряю дар речи.

Когда я захожу внутрь, Киран и Уэстлин уже сидят на заднем сиденье черного седана. Невозможно описать то облегчение, которое я испытываю, когда вижу ее.

– О боже, Уэс. Я так рада, что ты в этой машине.

Я смотрю на Кирана через ее плечо, когда Уэстлин обнимает меня, и мне хочется закричать ему в лицо: “ты гребаный монстр”. Но я этого не делаю. Лучше не испытывать судьбу в этот момент. На заднем сиденье темно, но я не ошибаюсь, что Киран собственнически держит руку на бедре Уэстлин. Он держит ее так, будто имеет право прикасаться к ней. Как будто она принадлежит ему. Как будто он не готов отпустить ее обратно в Братство. Меня тошнит от этого. Твой кошмар почти закончился, Уэс. Осталось немного.

Я вздыхаю с облегчением, когда машина подъезжает к дому Тана, но меня охватывает страх, когда я вижу Джейми, Тана, Сина и Митча, стоящих перед домом. Неужели Джейми отвернется от меня, потому что увидит во мне испорченного человека? Поверит ли он мне, когда я скажу, что они меня не насиловали? Прекратит ли он наши отношения, потому что бремя, которое приходит вместе со мной, слишком велико, чтобы справиться с ним? Машина останавливается, и можно ожидать, что я попытаюсь распахнуть дверцу и броситься в его объятия. Вместо этого я не шевелю ни единым мускулом. Я боюсь встретиться с ним лицом к лицу. Боюсь, что он не поверит, что меня не насиловали. Окаменев, он покончит со мной навсегда. Водитель выходит из машины и обходит ее, чтобы открыть мне дверь. Я все еще не двигаюсь.

– Вы свободны, мисс Макалистер.

Свобода находится в одном шаге. Это глупо, что Киран должен сказать эти слова, чтобы напомнить мне.

Я соскальзываю и выхожу, но Уэстлин не следует за мной. Что она делает?

– Давай, Уэс. Пойдем.

Сейчас. Пока монстр не передумал.

– Нам с мисс Брекенридж нужно поговорить наедине. Она присоединится к вам через минуту.

Я не двигаюсь, потому что оставлять Уэстлин кажется неправильным.

– Идите, мисс Макалистер. Сейчас же.

Что ему могло понадобиться от Уэс? Конечно, он не собирается насиловать ее на территории братства.

– Мак, - я поворачиваюсь на звук голоса Джейми и вижу, что он бежит ко мне.

Я делаю не больше двух шагов, прежде чем мы сталкиваемся, и я в его объятиях. Он обнимает меня на мгновение, а затем ослабляет объятия, чтобы посмотреть мне в лицо.

– Эти ублюдки ударили тебя.

– Я в порядке.

Я понимаю, как мне повезло, что я вышла из этого всего лишь с ударом в лицо.

– Блядь. Я с ума сходил. Я думал, что потерял тебя навсегда.

Он крепко обнимает меня и целует в макушку.

– Я так тебя люблю, Мак. Я недостаточно говорил тебе это. Но я исправлюсь.

– Я тоже тебя люблю.

Джейми поворачивает нас так, что его тело оказывается между машиной и мной.

– Отойди от них. Иди в дом, пока мы не вернем Уэстлин. Блю ждет тебя там.

Он отпускает меня и идет к машине. Я понятия не имею, что он собирается делать, но это что-то нехорошее с этим расстроенным взглядом.