— Подождите, я с вами! — крикнула она.

— А и вы тут, госпожа Калинина. Идёмте, но вперёд нас не заходить. И только вы, не нужно там следы преступника затаптывать, — хмуро бросил он, сведя брови на переносице.

Поднялись на нужный этаж. Под ковриком нашёлся ключ, как и было сказано Костей.

— Жаль, что хитрый германский лис не назвал имени информатора, слава богу хоть ребёнок нашёлся, — пробухтел Синичкин, открывая дверь.

Кто-то из оперативников достал оружие, и они вошли в квартиру, из нее пахнуло таким запахом хлорки, что просто глаза заслезились.

— Чёрт, да тут всё хлоркой улито, даже пол! — воскликнул один из полицейских, убирая пистолет в кобуру.

Арсения, растолкав мужчин, ринулась в комнату и увидела лежащего на диване Максимку, который синел на глазах и еле дышал.

— Его на воздух надо, он тут задохнётся, — Сеня стала заворачивать малыша в одеяло как в кокон.

— Женя, донеси пацана до их машины и вызови скорую по нашей линии, так быстрее будет, — скомандовал капитан

— Товарищ капитан, здесь записка на столе. Неизвестный признаётся, что ребёнка передала в поликлинике Полонская, мачеха мальчика. Специально ушла в туалет, чтобы его забрали. А Калинину они подставили, чтобы отвести подозрения, — услышала Арсения.

— Теперь понятно, почему девушка на камеру лицо не светила. Женя, скорую срочно.

Женя уже не слушал капитана, а быстрым шагом шёл к выходу. Арсения бежала за его широким шагом, зажимая нос платком, и тихо всхлипывала.

На улице мальчик вздохнул глубже, и это радовало. Женя передал его в руки Султану, сидевшему в салоне, а она сбивчиво рассказала обо всём.

— Теперь с вас снимут обвинения. А вот найдут ли подельницу Любы, неизвестно. Хлорка уничтожает биологические следы, — авторитетно заявил Шульц.

Сев в салон рядом с братом, Сеня закрыла двери. Она взяла его за руку и произнесла умоляющим тоном:

— Султан, миленький, я должна быть сейчас с мальчиком. Он давно не видел бабушку, а меня знает как маму. Я не могу его сейчас бросить. Нужно дождаться, пока он привыкнет к бабушке. Отпусти меня с ним в больницу, пожалуйста.

Султан не успел ответить, в машину заглянул полицейский и подал найденные документы ребёнка. Арсения видела, как хмурится брат, и хотела уже умолять его, но не пришлось.

— Похоже, нам придётся задержаться в России. Я всё понимаю, Сана, не плачь. Будем надеяться, что мальчик с твоей помощью скоро поправиться, — произнёс он ласково и поцеловал покрытый испариной лоб мальчика. — Малыш, пусть Аллах дарует тебе здоровье и светлую жизнь. Пусть то, что с тобой случилось, будет самым страшным эпизодом в жизни, и больше никогда не придёт беда. Дети это святое, Сана, их нужно беречь. Я сам отец и разорвал бы любого, кто покусится на жизнь моих детей.

— Спасибо, братик, ты самый лучший, — проговорила Арсения, прижимаясь к его плечу мокрой от слёз щекой.

Вскоре с визгом подъехала скорая помощь, Султан вынес мальчика из машины и понёс к врачам. Он уложил его на каталку и заявил строго:

— Девушка поедет с вами. Мальчика везите в самую лучшую частную клинику. Сана, я еду за вами, будь на связи, если отстанем. Я заплачу за его лечение и оставлю с вами охранника, — Султан передал ей телефон и помог забраться в салон.

Взвизгнув, скорая помчалась, не выключая сирен. Арсения видела, как малышу колят уколы и надевают кислородную маску. Она взяла холодную ручку малыша и прошептала: «Максим, мальчик мой, мама с тобой. Только живи, мой малыш. Моё сердце умрёт вместе с тобой, если ты не будешь бороться за жизнь».

Султан сидел в машине, которая ехала за скорой, но уже на третьем светофоре они отстали. Машина медиков мчалась с визгом сирен, превышением скорости и не соблюдая правила. Они же так сделать не могли, но сестра, узнав, в какую клинику их везут, написала смс.

Да, раньше Султан не пускал её к ребёнку. Он боялся за сестру, особенно тогда, когда узнал, что за женщина жена Владимира Полонского. Дамочка с психическими отклонениями, которая не соображает, что есть закон и общечеловеческий, и уголовный. Как только такой, по словам Виктора, благородный человек, как Владимир, мог попасться на удочку этой девицы? А родители его куда смотрели?

У них в Эмиратах всё было не так, о свадьбе чаще всего договаривались родители. Они тщательно проверяли, из какой семьи хотят взять девушку, смотрели не только на неё, но и на родню. Даже если женились по любви, всё равно смотрели родословную и прочее.

Султан покачал головой, думая, что похоже, мать и отец Володи и сами недалёкого ума, раз позволили сыну взять в семью такую невестку. Своей сестре Султан хотел только хорошего: надёжного мужа, чтобы она была за ним как за каменной стеной и не знала бед. Халил в этом смысле подходил как нельзя лучше: у него и родня приличные во всех отношениях люди, а родители добрые и порядочные. На основании записки похитительницы с Саны снимут подозрения, и они улетят, а там будут готовиться к свадьбе. Только вот Максим тяжело заболел, а сестра попросилась ухаживать за ним.