Конечно, всем желающим мест в городе не хватило, но Северогорск был не единственным подобным небоскребом, существовали и другие. Попавшие в разные города друзья, знакомые и дальние родственники в первое время общались «по удаленке», но вскоре коннект с соседями прервался по техническим причинам — на поверхности планеты попросту не осталось людей, способных поддерживать в рабочем состоянии кабели интернета, чинить оборванные линии электропередач, размораживать точки вай-фая и обслуживать спутники… А без человеческого вмешательства все это быстро пришло в упадок и негодность.

К сожалению, большинство технологий, появившихся после катастрофы, корректно работали только в пределах одного города. Например, метро. Даже зная специальный айди-код, то есть адрес человека, обитающего в ближайшем небоскребе (а речь могла идти о десятках километров), попасть к нему через дверь-портал не представлялось возможным — работающие на си-энергии телепорты не «добивали» нужное расстояние, ограничиваясь несколькими тысячами метров.

Поэтому жителям Северогорска оставалось лишь ютиться в своих маленьких квартирках, даже не помышляя о том, чтобы слетать в гости к соседям. Конечно, помимо дверей-порталов существовали и обычные двери, расположенные на первом этаже здания и ведущие наружу, но…

«В целях безопасности населения выход за пределы города, равно как и нерегламентированное передвижение вне его, строго запрещены и караются тюремным заключением на срок от десяти до пятнадцати лет», — гласил закон, который с малых лет вдалбливался людям в головы.

Правительство Северогорска оправдывало суровый закон исключительно заботой о здоровье и жизни граждан — на морозной, погруженной во мрак планете, у оказавшегося снаружи человека отсутствовали даже иллюзорные шансы на выживание. Стоило такому бедолаге всего лишь раз вдохнуть ледяной воздух, как его легкие рассыпались бы на мелкие кусочки, будто разбитое вдребезги стекло. По крайней мере, так говорили в школе…

В отличие от людей, андроидам покидать город разрешалось, но — исключительно для восстановления ближайших коммуникаций и наружного ремонта здания, каждый этаж которого представлял собой тематический набор помещений.

На первом этаже разместились разнообразные технические модули, центры хранения и обслуживания андроидов, склады. Над ними расположились научные центры, лаборатории, а также школы, детские сады, институты.

Почти настоящие улицы начинались с шестого этажа: здесь работали системы симуляции погоды и времени суток, а вдоль дорог стояли «развлекательные» здания, чьи стены пестрили неоновыми вывесками; из приоткрытых дверей пабов, ночных клубов, ресторанов и иных увеселительных заведений доносилась громкая музыка, а торговые центры застыли в ожидании посетителей… Впрочем, отдохнуть и повеселиться на эти этажи захаживали нечасто — сумасшедшие цены отпугивали похлеще самых ужасных ночных кошмаров.

Тем не менее, на улицах часто договаривались встретиться и погулять влюбленные парочки, да и праздношатающиеся граждане попадались на всех углах.

На этажах выше, начиная с двадцать первого, сплошняком теснились десятки тысяч жилых квартир, предназначенных для обычных «работяг».

Ну а совсем под крышей, на верхних этажах, располагались так называемые «элитные поселки» с частными коттеджами, которые принадлежали членам правительства, актерам, спортсменам и прочим олигархам.

Здесь всегда светило искусственное солнышко, в озере ловилась самая редкая и вкусная рыба, а климат отличался приятной мягкостью. Жить «в поселке» мечтал каждый среднестатистический житель города. Однако вход туда простому люду был закрыт, причем как в прямом, так и переносном смысле — общие лифты в поселки не вели, а при попытке воспользоваться интерфейсом и дверью-порталом система безопасности отвечала категорическим отказом. Попасть наверх обычный человек мог лишь двумя способами: либо каким-то чудом оформить специальное приглашение-пропуск, либо, что было менее фантастично, в следующей жизни переродиться в обслуживающего андроида!

Между коробками черни и хоромами знати, словно котлета меж двух булок, пролегала нейтральная прослойка в виде административных помещений: пенсионный фонд, казначейство, залы заседаний, кабинеты членов правительства, комнатушка мэра и другие.

…По сложившейся традиции Костя с друзьями после отбоя всегда собирались в одно и то же время — в полночь. В реале в этот момент действовал комендантский час, однако на кибернет он не распространялся — гулять и тусоваться в виртуальном мире не запрещалось. Заодно и денег можно было подзаработать за нахождение внутри.

Проглотив таблетки, Яковлев завалился на кровать, размышляя, чем бы заняться в оставшееся до полуночи время. Не придумав ничего лучшего, привычно вызвал интерфейс и, после недолгих раздумий и блужданий по меню, попал на развлекательную страничку. Здесь любой желающий мог наблюдать за стримами игроков, просматривать городские си-камеры, читать новости и книги, слушать музыку и анекдоты, наслаждаться картинами великих художников прошлого и прочее, прочее, прочее… Однако, несмотря на кажущуюся свободу, вся информация и все выкладываемые материалы подвергались — исключительно для блага людей! — жесткой цензуре и довольно быстрой постмодерации. Чтобы никакой негатив не просачивался. Потому что жить надо сугубо счастливо!

Костя начал просматривать названия статей, ища в бесконечном списке что-нибудь интересненькое: «Девять невероятных фактов об Имбицил-граде», «Принять ислам и умереть!», «Куриный помет как средство вечной молодости»… Он поморщился — нет, не то, все не то… И тут взгляд внезапно зацепился за кричащий заголовок, которого, по принципу цензуры и вселенского счастья, вообще не могло существовать.

«Новый цифровой вирус убивает людей!» — призывно пульсировали и искрились переливающиеся буквы. Костя с любопытством ткнул в ссылку — и открылась небольшая новостная статья за авторством некоего МозКа.