«Идет идентификация пользователя, — раздался в голове женский голос. Пауза. — Идентификация завершена. Для дальнейшего использования кибернета воспользуйтесь соответствующей функцией интерфейса. Внимание! Не забудьте включить счетчик си-майнинга, иначе заработанные си-коины будут начислены в ручном режиме только после соответствующей проверки. Приятной работы!»

Пока голос в тысячный раз бубнил одно и то же, Костя, не отвлекаясь на него, запустил интерфейс «Разума», формируя рум — место, куда хотел попасть.

Локация «Париж и пригороды» входила в состав базового набора, поэтому создание заняло считанные мгновения — механическая девушка в голове только-только закончила говорить, а рум уже приглашал Яковлева перешагнуть порог виртуального мира.

«Войти» — не раздумывая, кликнул он.

И мир вокруг погас… чтобы сразу же вспыхнуть ярко-зеленым ковром.

— Ай! — Высокая трава кольнула щеку.

Костя оперся на ладони и оттолкнулся от теплой земли, вставая на колени и пачкая джинсы.

В пяти метрах от него, на лавочке, сидела мама. Ветер трепал ее белокурые волосы и проникал под пальто, стараясь раздуть полы. Взгляд матери был устремлен в книгу, которую она держала в руках, а накрашенные яркой помадой губы беззвучно шептали: «Ди муа ки тю антэ, же тэ дирэ ки тю э».

Костя сомневался, что при жизни мама — обыкновенный прожигатель жизни в кибернете — знала французский. Но, видимо, нейросеть «Разума» при считывании воспоминаний личности, хранящихся после смерти женщины в си-облаке, решила добавить немного своего. Немного отсебятины.

Мама оторвалась от чтения:

— Костя, встань! Простудишься! — И, когда парень послушно поднялся на ноги, улыбнулась самой восхитительной на свете улыбкой: — Смотри, какое солнышко вышло!

На ее лицо упали солнечные лучи, отчего она стала напоминать сказочную принцессу.

— Люблю тебя, мам.

Костя рывком приблизился к ней, обнял. Он понимал, что это — всего лишь симуляция, иллюзия, обычная цифровая копия, но… Иногда ему было нужно просто прийти сюда и обнять маму.

— Ты чего? — засмеялась она и отложила книгу на лавочку. Приобняла в ответ. — Я тебя тоже люблю.

Костя слегка отодвинулся, с тоской глядя в родное лицо.

Сейчас мама была молодой и счастливой. С озорным огоньком в глазах и искренней верой, что вся жизнь еще впереди. Именно такой ее и застала смерть.

Костя часто размышлял, как мама выглядела бы сегодня, спустя шесть лет? Наверное, чуть старше и немного женственнее. Возможно, прибавилась бы пара морщинок… Хотя какие, к черту, морщинки?! Ей было бы всего тридцать шесть!

— Рад, что увидел тебя, — выдавил он, и глаза стали мокрыми. — Мне не хватает… твоих объятий…

Мама тыльной стороной ладони вытерла побежавшую по его щеке слезинку:

— Милый, ты чего? Все в порядке?

— Да, ма. Все хорошо. Все в порядке, — заверил Костя. — Видишь, мы встретились, и мне сразу стало лучше. Теперь все хорошо. Теперь все в порядке, — повторил он и отстранился: — Мне пора.

Мама вновь улыбнулась, на этот раз чуть тревожнее:

— Куда?

— Просто пора, ма. Не могу здесь долго находиться. Эмоционально тяжело.

Во взгляде женщины промелькнуло понимание, сменившееся тоской.

— Я знаю, что я — ненастоящая, — опустив голову, вдруг сказала она.

Костя вздрогнул:

— Что?! — по его рукам побежали мурашки.

— Я… ненастоящая, — повторила симуляция и резко дернула головой. Вдалеке, за ее спиной, мир начал распадаться на крупные пиксели. — Кусок кода, запрограммированный избавить тебя от скуки и одиночества.

Костя отпрянул ровно в тот момент, когда фигура матери вновь дернулась и неестественно выгнулась в пояснице, переламываясь напополам. Затем стала быстро-быстро мигать, исчезая и вновь появляясь на том же месте.

— Ма, что происходит?

Реакции не последовало. Вместо этого лицо женщины скривилось и побелело, напоминая безжизненную восковую маску, треснувшую на две части.

— Костя, мне холодно и одиноко, — всхлипнула маска. — Ты же вернешься?

Парень стоял, не понимая, как реагировать на происходящее.

— Ве-вернусь. Когда-нибудь…

— Обещаешь?

Вместо ответа Костя «вышел».

Стена. Знакомая стена с голубыми финтифлюшками. Его комната.

— Какого черта это сейчас было?! — злобно воскликнул он и вскочил с кресла. Не выдержавшие натяжения провода коннектора с хрустом выдрались из запястья.