— Отпустило похоже. Спать давайте, завтра еще топать и топать.

Все с облегчением выдохнули, включая саму Настю, убравшую в кобуру пистолет и засунувшую нож в ножны.

На следующий день пути, после обеда, набрели на недавно прилетевший кластер с городской застройкой. После внимательного осмотра которого, Настя, заприметила буквально у границы кластера, с торца пятиэтажки, охотничий магазин с яркой вывеской поверх входа. Расположившись группой в ложбине, она внимательно изучала место. Понятно, что скорее всего данное место разграблено рейдерами из Рассвета. Но по мелочи как правило можно поживиться, потому как вся мародёрка проходит в бешенной спешке, соответственно что-то да упускается из загребущих рук добытчиков. Все тихо, зараженных не видно поблизости, расстояние до входа метров пятьдесят, легкий ветерок и шелест листвы над головой. Вот только часть души, отвечающая за страхи и опасения, недовольно бубнила, слишком все хорошо. А вторая часть, с загребущими руками, толкала вперед, возможно внутри много чего ценного осталось. Неожиданно, ситуацию разрядил Седой, примостившийся возле Насти.

— Пахан, я вот что кумекаю за эту тему. Ща разрулим конкретно.

Затем, повернувшись в сторону свежака, негромко заговорил в доверительном тоне.

— Слышь профессор, тьфу мля, Ректор. Ты в Рассвет с голой задницей чешешь, а тебе там на жизнь устраиваться, так что тебе больше всех хабар нужен. Вон, видишь дверь барыжную, чеши до нее, потом не спеша откроешь и вовнутрь зайдешь, а мы тебя прикроем. Если чо не так, вали оттуда без базара. Да не очкуй, фраерок, прикроем как по масти, все срастется ровно. Так что не за фуфел трешься, а за долю с хабара как местный бродяга.

И подтолкнув, испуганно ссутулившегося Ректора с силой в спину, совсем другим тоном, просипел ему в ухо.

— Вперед сука, пока перо в почку не вогнал.

Ректор, понимая свою беспомощность перед матерым уголовником с затаенной надеждой глянул на Настю и Чеха, пытаясь найти у них спасение. Но те, абсолютно спокойно расположившись для его прикрытия, немного поодаль друг от друга не обращали на его молящие взгляды внимания. Понимая, что Седой не шутит, свежак, ссутулив спину и втянув голову в плечи, обреченно потрусил к охотничьему магазину. Поднявшись на крыльцо которого, он утер вспотевший лоб вопреки воспитанию рукавом и потянул за ручку двери. Дверь с противным скрипом поддалась на старания Ректора. Настя, наблюдающая за происходящим все больше и больше напрягалась под нахлынувшим чувством опасности, раз за разом глубоко вдыхая для удерживания ровного дыхания стрелка. Едва дверь с противным скрежетом начала закрываться как из-за угла дома, бесшумной походкой выскочил топтун. Стремительно мчавшийся к попавшейся в ловушку желанной добыче. Убедившись, что зараженный охотник один, Настя скомандовала.

— Сама.

И в след за этим плавно выбрала свободный ход спусковой скобы Винтореза. Топтун, после первых попаданий, резко развернулся в сторону стрелявших и утробно, пробирающее до зубовного скрежета заурчал, набирая скорость. Упал он практически перед Настей, содрогаясь в конвульсиях и продолжая загребать лапами по земле, оставляя глубокие борозды от когтей в попытке добраться до своего убийцы. Мужчины, вцепившись в свое оружие и держа на прицеле тварь, облегченно выдохнули, готов.

Подскочив к еще дергающемуся в предсмертных конвульсиях топтуну, Настя, сверкнув ножом в руке, вскрыла споровый мешок твари, оборвав ее мучения. Три горошины и полтора десятка споранов, не плохой улов с топтуна. Меж тем, в наступившей вокруг тишине, в магазине, протяжно скрипнула дверь и из-за нее показался бледный, ничего не понимающий Ректор, который ссутулившись, испуганно озирался по сторонам.

На удивление группы, магазин оказался не разграблен рейдерами из Рассвета. Самым ценным товаром в этом торговом представительстве какой-то зарубежной, охотничьей фирмы, оказалась очень хорошая трекинговая обувь, которую под руководством Насти, вытаскивали из аляпистых, расписанных рекламой коробок и перегружали в большущие рюкзаки Седой с Ректором. Чех, в это время находился на входе, выглядывая в приоткрытую щель в двери магазина и наблюдая за округой. Навесив полный рюкзак с обувью на Ректора, Настя, шепотом потребовала.

— Попрыгай.

Недоумевающий мужчина, раскрасневшийся как вареный рак, кряхтя и тужась, сделал несколько неуклюжих прыжков после чего встав раскорячившись, произнес возмущенно вопросительно.

— Надеюсь вы не думаете, что это мне по силам все это нести?

Седой, хлопнув по загривку присевшего Ректора, довольно произнес.

— Не фраерок, не думаем, тебе еще и второй рюкзак тащить. Ну и нам с Чехом по баулу хомутать. Паханка налегке пойдет ей поляну сечь в натуре если шухер. Ты радуйся таскун не объезженный, что тут патроны только охотничьи, а то ещё и третий рюкзак тебе бы втюхали.

Покидали охотничий магазин, короткими перебежками под присмотром страхующей Насти, первой занявшей позицию и вскинувшей Винторез к плечу. Седой с Чехом с огромными сто пятидесяти литровыми рюкзаками и болтающийся из стороны в сторону Ректор, с двумя рюкзаками поменьше. Вечером, устроившись на ночлег в овраге, после ужина, очевидно набравшись смелости или наоборот, отринув себя от жизнь, урывками пробуя смотреть на Настю прямо, но не выдерживая взгляда женщины, опуская глаза в низ, высказался Ректор.

— Знаете Настя, вы сегодня поступили со мной бесчестно и подло. Отправить в заведомо предполагаемое опасное место, беспомощного человека и наблюдать, а что же произойдет. От вас, как от женщины, мне такого поступка не ожидалось. Нет, конечно отправлял Седой, но я прекрасно понимаю, что это произошло с вашей молчаливой подачи.

Настя, стремительной змеей переместилась к опешившему Ректору, схватив того за отворот нового камуфляжа, надетого на него после разграбления магазина. Выкрутив ворот немного в сторону, она, глядя на придушенного мужчину, шипя от негодования начала втолковывать ему свое видение ситуации.