Под эти слова призрачная фигура начала танцевать. Плавно водила руками, изгибаясь назад, потом отводила руки за спину, как крылья птицы, и наклонялась вперёд.

Кажется, эти движения символизировали чистоту и кротость.

— Скоро она встретила юношу, который был так же чист и кроток, как она, — продолжила Виви.

На короткое время появилась фигура призрачного юноши, но замигала и пропала. Призрачная танцовщица закружилась на месте, то опуская, то поднимая руки.

— Но злые люди были против их союза.

Танцовщица закружилась быстрее.

— Девушка и юноша поклялись в вечной любви, — с придыханием поведала Виви. — Взявшись за руки, они побежали на…

Танцовщица замерла в стремительной позе на одной ноге, чем-то напоминая героинь аниме. И растворилась в воздухе.

— Я ещё не придумала, куда они побежали, — выдохнула Виви. — У меня пока что не хватает озарения. Надо было усваивать не мерцающее, а сразу светлое.

Я уже догадался, что «мерцающее», «незаметное», «светлое» и прочие — это градации силы озарений. Поэтому кивнул:

— Да, было бы лучше.

— Ты считаешь, что я плохо играю со светом? — ужаснулась Виви.

— О, нет, ни в коем случае! Это лучшая «Игра Света», которую я видел в жизни!

Хотя бы тут не соврал.

— Ты преувеличиваешь, — зарделась Виви. — Это всего лишь игра света незаметного озарения.

— А выглядит так, будто она уже яркая! — заявил я наугад.

— Ну, теперь ты точно льстишь, — весело ответила Виви. — Яркое озарение «Игры Света» создаёт целый мир с множеством призрачных лицедеев, танцовщиков и их действий. Мне ещё далеко до этого.

До наступления времени обеда, мы успели помыть статую и расчистить от травы и сухих веток площадку вокруг неё. Виви без умолку рассказывала о Доме Опыта, где она обязательно изучит все озарения предназначения «Меняющего Смыслы».

Собирая сухие листья граблями с очень тонкими зубчиками, Виви пылко призналась:

— Я уже выбрала себе ветку озарений. Одно яркое, три светлых и десять заметных.

— Хм, разумно.

— Это редкая ветка, — продолжила Виви. — Все её озарения направлены в сторону «Игры Света».

— Ну, да, так тоже верно.

— Если я приму её, то мой Путь станет прямым и без извилин.

— Это… как бы… хорошо… да?

— Обратного Пути уже не будет.

Я не знал, что отвечать на слова Виви. Озарения и ветки, грани и предназначения, волшебные крылья ментов и танцующие призраки, Внутренний Взор и Голос — всё это было полной неразберихой.

Но Виви явно ждала от меня чего-то большего, чем одобрительное мычание. Рассказав о своих планах на какую-то там ветку, она искала то ли поддержки, то ли предостережения.

— Если ты твёрдо решила идти по выбранному Пути, — начал я. — То зачем спрашивать направление у прохожих, вроде меня?

— Это ты верно сказал, — вздохнула Виви. — Учителя тоже твердят нам, что выбор предназначения — личный выбор каждого жителя.

— Это не так?

— Конечно нет! Ты ещё не был в Доме Опыта, поэтому не знаешь, что учителя не говорят о влиянии родов и сословий на выбор предназначения.

— Я-то не знаю? — возмутился я. — Да у меня мама и папа тянут каждый в своё предназначение. Один хочет чтобы я стал лекарем. Другой — не хочет. Наверное.

Я не знал, чего хотел от Самирана отец.

— Тогда ты понимаешь. Мой отец и братья будут в ярости, если я выберу не то предназначение, которое род выбрал за меня. Даже если я пойду против их воли, то сословие Меняющих Смыслы не захочет враждовать с Карехи. Мне не дадут проводить свои выступления и радовать людей «Игрой света».

Из всего сказанного девушкой, я понял примерно лишь то, что она не желала изучать профессию, которую ей выбрали родители, а желала стать кем-то вроде актрисы или художницы.

История стара, как мир. Дети не хотели идти по стопам родителей, а родители — с высоты жизненного опыта — понимали, что только шагая по стопам предыдущего поколения, есть шанс пройти намного дальше этого поколения.

Ещё я подумал, что метафоры всё чаще всплывали в моих мыслях. Я превращался в настоящего дивианца.

Виви ждала моего ответа.

— Я не могу решить это за тебя, — начал я. — Но знаю одно. Если ты станешь хорошей игруньей со светом, то тебе не нужно будет ни одобрение отца, ни одобрение какого-то там сословия, ни одобрение друзей, вроде меня. Твоей поддержкой станут те, кому твоя «Игра Света» придётся по душе. Только их одобрение тебе и нужно по Пути… по Пути… куда там все идут…