– Печально. И ради чего всё это?

– Как ради чего? Ради искусства, ради красоты. А что такое красота, Терес?
– сказал Месалим и посмотрел ему в глаза - ответь мне, варвар.

Терес ненадолго задумался, возможно впервые в жизни. Такие вещи как любовь, красота, жизнь кажутся такими понятными до тех пор, пока не попытаешься обличить их в слова.

– Ну, красиво то, что естественно для человека - сказал Терес.

– А что естественно для человека, Терес? Когда Тессоб устраивал резню в горах он тоже был убеждён, что удовлетворяет естественную для любого человека жажду крови.

– Это может быть естественно для дикого животного, но не для человека - вмешалась Слания.

– А что же естественно для человека? Кто есть человек, ответь мне, Терес?

– Жрецы говорят, что человек создан по образу и подобию Всеотца. Значит, естественно стремиться быть ближе к своему прообразу.

– Верно подмечено, Терес. Для меня Всеотец в первую очередь - творец и повелитель. Поэтому и человек, на мой скромный взгляд, должен творить и повелевать.

– Получается, даже самый последний раб должен повелевать?

Месалим вздохнул.

– Типичная варварская непосредственность - ты немного не так всё понял. Раб творит и повелевает даже, выполняя свою работу. Любой человек может и даже обязан творить себя и повелевать над собой. Человек, который ничего не творит - мёртвый человек, а человек, который не повелевает даже собой - всего лишь животное.

– Терес, как тебе такая мысль? – вмешалась Слания.

– Звучит разумно.

– А как в это укладываются ваши грабежи ларанаев, Терес? – усмехнулась Слания.

– Хорошее замечание – сказал Месалим –Именно это по началу и отпугивало меня от северян. Но потом я понял это лишь начало – честолюбивых дикарей перековать в праведных завоевателей так же легко, как перековать копья на серпы.

– И кто же это нас будет нас перековывать?

– Вы сами. Терес, неужели ты не понимаешь, что ваш народ принадлежит к числу тех, что создаёт империи? Соседние народы смотрят на вас со смесью страха и уважения. Ваши правители честолюбивы, ваши воины бесстрашны, а крестьяне трудолюбивы. В вас таится огромная сила, которой осталось только научится пользоваться. Вы поймёте, что с вашей силой выгоднее нести врагам мир и процветание, чем хаос и разрушение.

– Да чтобы я нёс мир и процветание врагам!? Что ты несёшь, Месалим.

– Вам ещё предстоит научится быть милосердными, варвары. Когда-нибудь, вы будете идти в бой, чтобы сделать жизнь врага лучше, а не хуже.

– Раз ты такой просвещенный, то получается, златоликих ты тоже хочешь уничтожить чтобы сделать жизнь врага лучше?

– Их уже никто не спасёт. Единственное, что мы можем сделать – прервать их страдания и вырвать гниль с корнем.

– Значит, мы это сделаем – сказала Слания – если это нужно, для того чтобы мир смог жить спокойно.

– Рад что вы всё понимаете. А теперь перейдём к более насущным проблемам – Терес, что это ты с собой таскаешь?

– Молот златоликих – подарок от вождей Нурагии.

– Выкинь этот мусор, у меня есть оружие получше – сказал Месалим – мы уже на полпути к моему убежищу.

Скоро стал слышен шум прибоя. Тот самый звук, в котором каждый слышит что-то своё – песню свободы, гимн величию моря или ненавязчивое напоминание о его силе. Выжженная солнцем Нурагия у берегов южного моря уже более походила на райское место, чем на пустошь – здесь взвивались ввысь кипарисы, распускали свои ветви оливы и фисташковые деревья. Солёный морской воздух приносил желанную прохладу и навевал мысли о беззаботном и лёгком существовании.

Уже вечером, на закате, Терес увидел на горизонте огромную башню, которая возвышалась ввысь на несколько сотен метров. На стенах этой башне были нанесены символы златоликих, а у её подножья расстелились трущобы и убогие строения нынешних обитателей башни. Огни этого города сияли в закатных сумерках так ярко, что не оставалось сомнений – это Рекснура – столица Нурагии. Город, в котором Терес хотел найти ответы на все вопросы. Белые кирпичи, из которых была сложена башня потускнели от времени, в некоторых местах через дыры в темноту прорывался свет. Немое свидетельство величия допотопной цивилизации, узурпированное потомками Манна.

Месалим привёл их на самый берег моря, к обрыву над отвесной скалой. Вниз, насколько мог судить Терес, лететь было примерно секунд десять.

– Итак, мы на месте – сказал Месалим – если хочешь что-то надёжно спрятать, спрячь это на самом видном месте.

– Кто построил эту башню? – спросила Слания, глядя на Рекснуру.

– Эту башню построили потомки Ашура – одного из ныне забытых сыновей Перворожденного, потомки которого погибли в водах Потопа. Когда-то этот нураг служил свидетельством гениальности её строителей, который должен был восхищать проходящих мимо путников. Эти строения стали одними из немногих, уцелевших после потопа. Ну хватит глазеть на этот клоповник – мне надо вам кое-что показать.