— Отец, — его сын сразу сделался суровым, осуждающе посмотрев на отца.

— Жалко, мать не дожила. Она бы тебя как сидорову козу… — махнул рукой Эрл.

— Какой вопрос, Люций? — проигнорировал, недовольно покривившись, мясник.

— Где вы были вчера ночью?

— Видишь? — практически взвизгнул его отец. — Понаприезжают всякие, — он деловито подбоченился, удаляясь обратно за свой прилавок.

— Дома.

— Кто может подтвердить?

— Отец, — не глядя, кивнул в сторону Эрла он, — И Джонни.

— Джонни? — Люций заинтересованно наклонился ближе.

— Джонни, — повторил Сэм, похлопав свиную голову на прилавке меж острых ушей.

Люций крякнул, разглядывая упомянутого Джонни.

— Ясно. Спасибо за стейки, — он махнул бумажной упаковкой в руке.

— Приходите еще, детектив.

Отойдя на пару метров, Люций остановился, рассматривая врученный ему знак внимания.

— Поговорим с кем-нибудь еще? — предложила я.

— Билли Беккер, — после раздумий назвал он имя.

— Он не ходит на праздники.

— Нет? — Люций удивился.

— По крайней мере, я за два года его не видела ни на одном массовом торжестве в городе.

— Плохо, — он огляделся по сторонам. — Поговорить со всеми и каждым не получится. Да и я больше, чем уверен, они все будут говорить, что были дома, и покрывать своих родственников.

— Ты ожидал услышать что-то другое? Рассчитывал, что начнут закладывать друг дружку только в путь?

Люций задумчиво уставился в даль.

— Шериф был прав. Местные ни за что не станут делиться своими секретами, — он разочарованно повел челюстью. — Будет сложнее, чем я думал.

— Рассчитывал, что все получится без напряга?

— Рассчитывал на то, что им есть дело до безопасности в городе.

Я накинула капюшон на голову, понимая, что мои уши скоро отвалятся, и скрестила руки.

— Пошли домой. Ты скоро льдом покроешься.

Я согласно закивала, радуясь такому предложению. Проделав весь путь назад вдоль торговых рядов, наша парочка вышла к импровизированной парковке, организованной на площади. Мы почти дошли до нашего транспорта, когда Люци заметил шерифа, машущего ему рукой. Тот ожидал нас на обочине прилегающей дороги, стоя возле патрульной машины.

— Шериф, — мужчины пожали друг другу руки, стоило нам подойти ближе.

— Материалы по Эванс. Результаты аутопсии, осмотр места — в общем все, — он передал Люци бежевую папку. — Только там ничего нового. Он не оставил никаких следов.

— Спасибо.

— Кстати. Есть кое-что интересное, но абсолютно бесполезное.

Люций насторожился, и я вместе с ним. Шериф огляделся по сторонам, облокотился на дверцу машины и, наклонившись ближе, зашептал.

— Мать Валери, похоже, видела убийцу. Да только толку от этого никакого, у нее с головой какие-то проблемы, — он покрутил пальцем у виска.

— Ее допросили? — Люций пристально смотрел на шерифа глазами, полными надежды.

— Говорю же, проблемы с головой, — со стороны жилых домов к нам приближалась машина. — Кстати, это ее родственники. Приехали забрать болезную. Ухаживать-то за ней некому.

— Твою мать, — выругался Люций, сунул мне завернутое в бумагу мясо, и в несколько широких шагов оказался посреди проезжей части.

Машина остановилась прямо перед ним. Водитель замахал руками в гневе, но Люций его проигнорировал.

— Что вы делаете? — с пассажирского сиденья выскочила женщина, опасливо посмотревшая на нашу троицу.

Люций, не обращая ни на кого малейшего внимания, подошел к задней двери и распахнул ее. На пассажирском сиденье сидела миссис Эванс. Испуганная женщина с бегающим взглядом поджала губы, завидев неизвестного ей человека, стискивая сухими руками край кофты.

— Миссис Эванс, — Люци присел возле задней части машины, — кого вы видели?

— Так, хватит! — возмутилась родственница. — Ей и так плохо, а вы ее будете донимать.

— Послушайте! — он выпрямился, недовольно сведя густые брови. — Вы уедете, а этот урод продолжит кромсать девочек. Дайте мне пять минут.

Его собеседница задохнулась от такой прямоты, всплеснула руками и отвернулась в сторону ярмарки.

— Миссис Эванс, — вернулся к своему вопросу он. — Постарайтесь вспомнить.

— Он такой хороший мальчик, — женщина пожевала губы.

— Кто? Кто это был? Скажите имя.

— Он — хороший мальчик, — словно убеждая, повторила она, кивая головой.