— Видимо, я достиг своего предела на суше на данный момент, — мрачно усмехнулся.

— Так чего расселся? — взвилась Маша. — Вали быстро в ванную. На сегодня ты и так неплохо постарался. О том, кем хочешь быть, подумаешь завтра.

— Слушаюсь, Отани, — улыбнулся, вставая на ноги.

А осознав, что ляпнул, чуть обратно не сел на задницу. Бездна! Надо же такое сказать сухопутной! Тьфу! Бред. От отсутствия воды уже и рассудок начал страдать.

— Отани? — тут же прицепилась девушка. — Что это?

— С нашего языка это переводится примерно как «мэм»

Лицо у сухопутной вытянулось, а я же похвалил себя за находчивость. Соврал. Ну и что? Всё лучше, чем правдивый перевод. Тем более, это был выверт воспалённого сознания, этот термин с Марией у меня никак не ассоциируется.

МАРИЯ

— Милочка, где вы взяли эти вещи? — спросил меня Георгий Станиславович после долгого осмотра имущества сиэрнара.

Вопрос был ожидаем, а вот чёткого ответа на него как не было, так и нет. Не могу же я сказать — иномирец презентовал на реализацию?

— Простите, — решила быть максимально честной, — но я не могу сказать. Но, уверяю вас, тут нет ни капли криминала. Они не краденные и за них никто не умирал.

Ответом мне стал острый взгляд, который совсем не вязался с внешним обликом благообразного старика. Да и не был Проценко Георгий Станиславович таким уж невинным дедулей.

Два с лишним года в сфере работы с недвижимостью позволили мне перезнакомиться с массой интересных личностей. Были среди них и те, кто вёл не совсем законопослушный образ жизни. Тот же Проценко, к которому я пожаловала, был известен в узких кругах как торговец редкостями, антиквариатом и драгоценностями. Стоит ли говорить, что далеко не все его сделки были «чистыми»? По сути, чтобы продать такую массу золота, рассчитывать я могла лишь на него. В любой конторе первым делом спросят, где взяла, а ответа у меня нет. Этот же пожилой мужчина по непонятным мне причинам сразу проникся ко мне тёплыми чувствами, не имеющими ничего общего с мужским интересом. По его словам, я напоминала ему его внучку, живущую в Германии. И более года назад, когда я завершила оформление сделки на приобретение дома, он сам предложил мне обращаться к нему «если что». И вот, такой момент настал.

— Знаешь, Маша, — произнес Георгий Станиславович, — я предпочитаю знать, откуда ко мне поступают те или иные вещи, мало ли, какая история может за ними стоять. К чему мне проблемы? Но тебе я почему-то верю.

— Я правду говорю, — тихо, но чётко ответила я. — Владелец, пожелавший быть не названным, сам отдал их мне на продажу. И я готова жизнью поручиться, они чистые и проблем не будет.

— Воу, — махнул рукой мужчина. — Ты с выражениями осторожнее будь. На самом деле я несколько озадачен. Никогда прежде я не встречал таких символов, как на этих предметах. Откуда бы они ни взялись, они уникальны и стоят столько, что даже мне не по себе. Это если подойти к реализации с умом. Я знаю несколько человек, которые будут счастливы заполучить в коллекцию такие уникальные драгоценности. Но понимаешь ли, душенька, на это нужно время.

На меня напал некий ступор. Честно говоря, я рассчитывала уже сегодня сбыть их и получить перевод круглой суммы на карту. Да и вообще, зачем он мне всё это объясняет?

— Я не понимаю… — замялась я, подбирая слова.

— Почему я объясняю всё это? — вздохнул дедуля. — Да всё просто, Мария. Я — богат. Денег у меня столько, что ни мне, ни моим наследникам не потратить быстро, поэтому я не вижу смысла наживаться на тебе, которой лишними они не будут. Я бы мог у тебя хоть сейчас купить каждый из этих предметов по рыночной стоимости на вес золота и камней, а после неплохо навариться, но не хочу. Сентиментальным стал на старости лет, хочется хоть что-то хорошее сделать, ведь плохого сделано уже на вип-котёл в аду.

— Но я думала… — красноречие в панике ретировалось. — Понимаете, Георгий Станиславович, я рассчитывала продать их в сжатые сроки. Деньги нужны очень.

— Дело твоё, деточка, — вздохнул мужчина. — Но, поторопившись, ты потеряешь очень много.

— А сколько примерно нужно ждать? — поинтересовалась я.

— От трёх недель до двух месяцев, — был ответ. — Чтобы продать что-то редкое и дорогое, стоит всё хорошо организовать. А на это требуется время. Нужно известить всех заинтересованных, безопасность обеспечить на высшем уровне. Я могу это сделать. Допустим, за двадцать процентов от вырученной суммы. Прости, Мария, но такому старому спекулянту, как я, сама натура совсем бесплатно работать не даёт, да и организация — не бесплатное мероприятие. Но, всё равно, прибыль должна быть колоссальной.

Разум заметался в сомнениях. Стоит ли тянуть время и насколько можно верить человеку с не самым законопослушным прошлым? Не окажусь ли я в итоге у разбитого корыта?

— А давай знаешь как поступим, — выдал неожиданно прямо-таки помолодевший дед. Похоже, любимое дело заряжает его силами. — Я сейчас тебе переведу сумму, которую бы дал за эти предметы, покупай я их на вес. А потом, после аукциона, получишь остальное с вычетом уже полученного и моего процента. А чтобы сомнений совсем не осталось, заключим договор.

На столь щедрое, буквально спасительное предложение я могла лишь ошалело кивнуть. Да какой дурак откажется от такого? Даже если в итоге Георгий Станиславович передумает мне помогать, я не останусь с пустыми руками.

Далее всё полетело сумасшедшим калейдоскопом. Мужчина сделал всего один звонок, и вскоре приехал юрист, готовый оформить столь нестандартный договор. Всё пункты прописали быстро, после чего поставили подписи. Ещё пара звонков, и мне на счёт упала очень солидная сумма, буквально окрыляющая после кризиса последнего времени. Состояние стало таким, что, того и гляди, шарахнет натуральная эйфория.