— А чем копьё от меча отличается, например? Мне казалось, что любое оружие будет заметно.

— Кастет. — Лурия задумалась, пытаясь вспомнить, как он выглядит. — Отличная штука. Пара хороших ножей, само собой. Перчатки.

— А как можно сражаться перчатками?

— Хороший вопрос. По сути, там тоже выйдет что-то вроде кастета, но перчатки предоставляют больше возможностей для применения. Я думал над тем, чтобы на тыльной стороне ладони сделать небольшие металлические шипы, а в области пальцев добавить скрытые когти. И красиво, и нельзя с первого взгляда сказать, что это оружие, ведь просто элемент одежды. Тут главное материал хороший подобрать, чтобы шипы смотрелись как украшение. Они должны быть небольшими и не слишком острыми. Тут тоже надо думать. И, последнее, как ни странно, коса.

— Коса? Мне казалось, что это не оружие, да и ты говорил о незаметности.

— В том то и дело, что не оружие. Можно боевую косу замаскировать под сельскохозяйственный инструмент, а в нужный момент убирать всё лишнее. К слову, я раньше довольно скептически относился к такому оружию, слишком уж оно специфическое. Но видел я одного парня несколько лет назад, он со своей косой мог против отряда выйти. Но тут нужен очень хороший навык, а я его пока не имею. Ну и, естественно, несколько хороших клинков под разные стили боя. Но это если с миром повезёт и ограничений со стороны закона не будет.

— Звучит достаточно интересно.

— Придётся постараться.

— А что думаешь насчёт технологически развитых миров? Не везде ведь люди сталью друг в друга тыкают, да и не везде магия есть.

— Пока не знаю. Будем решать проблемы по мере их поступления, эти твои технологические миры надо для начала изучить. — Тут мой взгляд вновь упал на меч с заключённым внутри демоном. — А ещё надо бы где-нибудь склад трофеев организовать, не думаешь? Что-то вроде зала славы.

— Зачем?

— Да просто так. Я уже второй плащ с собой приволок. Этот, правда, рваный слегка, но это не важно. Меч ещё этот. Не хотелось бы потом искать какой-нибудь артефакт по всему дому, если неожиданно понадобится. Но просто склад делать как-то некрасиво.

— Дом большой, думаю найдём местечко. Не думала, что ты предпочтёшь красоту практичности.

— Сам в шоке. — Хмыкнул я. — Просто недавно понял, что во мне всё это время было не так. Можно сказать, мой критический дефект. Забавно, что мне потребовалось на это пять жизней.

— Не замечала за тобой никаких недостатков кроме самоуверенности, максимализма и неумения работать в команде.

— Что тоже немало, но я не об этом. — Лурия всячески намекала на то что ей крайне интересно. Впрочем, почему бы и нет. — Всё дело в том, что я слишком редко бываю собой.

— Это как? Ты про своё настоящее тело?

— Про свою настоящую личность. — Я взял небольшую паузу, попытавшись сформулировать собственные мысли. — Сколько себя помню, я играл какую-то роль. С самого детства. Я играл роль идеального сына, спокойного и рассудительного, местами наивного, но всё-таки я вёл себя слишком по взрослому. Тогда всё дело было в отце, он был постоянно занят и крайне мало понимал в том, как следует воспитывать маленьких детей. Немногим позже мне пришлось стать Хранителем. Не тем человеком, которым я хотел быть, а тем, который был необходим миру. Про мои похождения в других мирах вообще молчу, там я и фактически становился другим человеком. Вот и получается так, что я был собой очень малое количество времени. Я сейчас говорю не о жизни со стёртой памятью, это несколько другая история, но там я был очень близок к себе. Ближе всего я был, пожалуй, когда жил с драконами и обучался у Кельца, если ты помнишь эту часть моей истории. Но там необходимо ввести поправку на то, что моим заветным желанием было убийство пары сотен человек.

— А разве ты не остаёшься самим собой, даже играя какую-то роль?

— Теоретически-остаюсь. На практике же, не знаю уж из-за чего, сколько себя помню, всегда так было, я действительно в какой-то момент становлюсь тем человеком, которого пытаюсь изобразить. По крайней мере, так оно ощущается изнутри. Столько раз изменив себя, я способен осознать некоторые основные черты, формирующие мою личность. Они не могут измениться, поскольку без них просто не будет меня самого. И именно эта черта-мой фундамент.

— А чем плохо?

— Да ничем почти. Просто я от этого начинаю уставать. Сложно столько лет не быть собой. Вот именно это я и хочу изменить. Либо не вживаться так сильно в чужую шкуру, забывая себя. Либо, по крайней мере, научиться получать от этого удовольствие.

— Всё-таки люди, чрезвычайно странные существа. — Покачала головой дух ветра. А затем обворожительно улыбнулась. — Всё-то вам спокойно не живётся. Впрочем, именно этим вы мне и нравитесь. За вами интересно наблюдать, но не хотела бы я быть одной из вас.

— А зря. Быть человеком довольно неплохо, насколько я могу судить. Ничем не хуже всего остального. А вообще, это тебе просто повезло наткнуться на самого странного и непонятного человека, которого я только встречал. Остальные гораздо проще и живут гораздо проще.

— Звучало довольно самовлюблённо.

— Что поделать. Невозможно не быть самовлюблённым, если ты являешься мной.

Мы с Лурией переглянулись и одновременно рассмеялись. Сознание постепенно расслаблялось, мысли замедляли свой бег. Я заслужил этот отдых. Никуда не пойду в ближайший год или даже два, у меня отпуск.