Далее по часовой стрелке от Альто расположились Страж Жизни (Артин ми Вито), блондин с осунувшимся бледным лицом, которое тот был бы не прочь опустить в стоящую перед ним золотую чашу и немного вздремнуть. Глядя на не самое жизнерадостное и не самое пышущее здоровьем лицо ми Вито, Константин вспомнил, что бич Стража Жизни, по словам Императора, это — отсутствие нормального сна.

Рядом с Артином беспокойно ерзал на стуле Страж Грани. Маг с неуловимой внешностью. Он был и красив и уродлив одновременно. Алекс си Лидо производил двоякое впечатление, так же, как и весы, стоящие перед ним. Одна чаша артефакта выглядела, как произведение искусства, другая же была сделана из глины, с надтреснутыми побитыми краями и казалась очень древней. Весы находились в равновесии.

Чуть далее… Страж Истины, Леонсио си Торватор. Хрустальная сфера, любовно поглаживаемая им, сразу привлекла внимание Константина, и в памяти стали всплывать обрывки ускользающей информации.

Хрустальная сфера… хрустальная сфера…

Заметив заинтересованный взгляд, намертво уткнувшийся в артефакт, Четвертый Страж понимающе улыбнулся и даже приветливо кивнул. На столь явное дружелюбие Константин ответил так же добродушно. Но решив все же не заострять внимание своим повышенным интересом к сфере, стрельнул глазами по сидящему рядом Пятому Стражу Стихий.

И еле смог удержать серьезное выражение лица. Финайс, как оказалось, ему усиленно подмигивал.

«Ничего не понимаю,» — постановил Константин. И тут же реализовал равнодушный непонимающий взгляд.

Но Финайса было не остановить. Увидев, как яростно моргает Пятый, Константин решил, что при первом удобном случае обязательно вернет тому флакон с настойкой, без которой он, Константин ми Кама, прекрасно может обойтись еще лет пятьсот.

Далее по кругу расположились оживленно болтавшие друг с другом Шестой и Седьмой Стражи — Страж Любви (Аронис ви Роз) и Страж Искусства (Коннис ви Анта). Стрела и кисть, находившиеся перед ними, тоже участвовали в разговоре, важно подрагивая и раскачиваясь в воздухе.

Страж Крови (Сантана ди Норс) предпочел ни с кем не общаться. Сложив руки на груди, маг на время закрыл глаза, и похоже, задремал. Кинжал, зависший перед Стражем, также замер и ни на что не реагировал.

Продолжая изучать присутствующих, Константин заметил, что окружающими интересуется не он один. То же самое, с точки зрения наблюдения, делал и Архимагистр Крас ви Форо, Страж Идеи. Правда, делал почти незаметно, осторожно выглядывая из-за висящего перед его лицом открытого веера. Мгновение… и слегка повернувшись в сторону, веер закрыл Форо от части Стражей слева, зато полностью открыл вид на Десятого Стража Возмездия.

А тот настолько ушел в себя, что абсолютно не обращал никакого внимания ни на что вокруг. Ризмир ми Тант поглаживал лежащий перед ним предмет, и казалось, полностью погрузился в магический транс. Или его погрузил артефакт — огромный серебристый меч с изумрудом в огранке октагон на рукоятке.

Любопытно… Практически все Стражи, за исключением Стражей Жизни, Любви и Идеи выглядели весьма почтенными старцами, кто-то старше, кто-то чуть моложе. Но недолгое размышление подтолкнуло Константина к выводу, что внешность — обманчива. И вспомнив, как может все изменить пришедшее на призыв Стража личное оружие, усмехнулся.

— Светлого дня, господа!

Золотой вихрь императорского портала…

Эффектно развеявшись, явил всем Его Императорское Величество, Тахеомира Третьего.

И вдруг… словно по команде, все Двенадцать Стражей, почтительно и трепетно склонились перед Императором.

Фигуры сильнейших магов Солара были полны достоинства и осознания значимости момента. Почти всех. Константин в такой торжественный миг думал лишь о том, что сюзерен одет в весьма странную для утреннего мероприятия одежду — обычную белую рубашку и обтягивающие слаксы. А где же золотой балахон? Где корона, в конце концов?

Но эта мысль возникла преступно и, как ненужная, была мгновенно отброшена прочь.

— Садитесь, садитесь! — тепло поприветствовал присутствующих Император.

Теперь уже взглядах всех Стражей, направленных на Тахеомира Третьего, сияла такая огромная любовь и абсолютная преданность, что Константин физически ощутил, что значит Клятва Верности.

При виде Императора, да еще и находясь в Круге, он чувствовал такой небывалый подъем эмоций и энергию, бьющую через край, что хотелось сворачивать горы и в одиночку переплыть океаны. Повернув голову влево, ми Кама увидел точно такие же эмоции в глазах Стража Смерти. И почему-то стало немного жутко.

— У нас сейчас несколько… не ритуальная встреча, — продолжил Император, — Патриций!

Секретарь возник из такого же золотого портала. Не так эффектно, зато моментально откликнувшись на зов повелителя. И засуетился. Перед каждым Стражем возникла чашка ароматного кофе или отвара и блюдце со сладостями.

— Мои дорогие, сегодня у нас одна причина для встречи! Я лишь хотел представить вам всем наше завершение Круга Двенадцати — избранного Стража Времени и Пространства, Константина. Terto amiro uooti!