– Дочь вождя...

– Отлично! Скромная дочь вождя... Так что мы и сенсацию подкинем, и приличия соблюдем. Пуританство нынче опять входит в моду. Ну, что, я работаю в этом направлении? Начну подготавливать почву?..

– Работай, Мэйбл, работай.

И он отключил аппарат.

Глава 16

– Куда теперь пойдем?
– спросил Оайе, зевая. После ланча у мальчика слипались глаза.

– Вообще-то я хотел сыграть в теннис с доктором, но, я вижу, ты совсем раскис...

– Ничего я не раскис, просто немножко спать хочу. Мама сильно болела, я ночью не спал... Но я потерплю вы из-за меня не беспокойтесь.

– Нет, приятель, так не пойдет. Зачем же мне тебя мучить. У меня прекрасная идея. Сейчас мы снимем номер в каком-нибудь отеле, ты выспишься один в номере, как король! А вечером я зайду за тобой, и мы поедем обратно на Кок.

– Я никогда не жил в отелях, - счастливым голосом сказал Оайе и в избытке чувств дал очередь со вспышками света из купленного для него игрушечного автомата.

– Вот и отлично. В жизни самое важное - это впечатления детства и юности. Потом уже ничего так не впечатляет.

На rue Commondant они увидели полукруглую стеклянный стену отеля, три звездочки, назывался "Blue Marine". Как раз то, что надо.

Они вошли в прохладный холл. Портье, белый, наверное, француз, подозрительно уставился на посетителя, перевел взгляд на мальчика с игрушечным автоматом, потом поклонился и сказал:

– Добрый день, месье...

Джон кивнул и спросил:

– Я хочу снять одноместный номер до вечера...

– Мы сдаем номера на сутки.

– Ну, хорошо, пусть будет на сутки...

– Должен вас огорчить, месье, но у нас это не принято.

– Что не принято?

– Спать с мальчиками.

– Ах, вот вы о чем! Ха-ха-ха! Нет, вы меня не правильно поняли. Мальчик поселится один. А я вечером приду за ним и расплачусь за номер.

– Несовершеннолетним не положено проживать в отеле без сопровождения взрослых, - резонно возразил портье.

Джон посмотрел в глаза портье. Это был молодой человек, наверное, студент: честные глаза, челка торчком. Характер и принципиальность. Отлично. Молодые, да к тому же студенты, еще не потеряли веру в человечество.

– Сколько стоит одноместный номер?

– На сутки?

– Да, черт побери!

– У нас нет одноместных номеров, месье.

– Ну, хорошо, а какие есть?

– Двухместные номера стоят от 37 до 40 евро или 25 тысяч тихоокеанских франков... простите, месье, у нас не выражаются.

Джон вдруг понял - он не нравится парню. Не как человек, а как американец. Джон говорил по-французски с американским акцентом.

– Вива Франция!
– сказал Джон.

– Это не поможет, месье, - ответил портье.

Что ж, это его право, подумал Джон, любить или не любить. Когда сам Джон был в Париже, ему, Джону, тоже не нравились парижане, так что же он хочет от парня?

– Дядя Джон, - мальчик потянул за рукав писателя, - пойдемте отсюда, я уже расхотел спать.

Джон понял, что проиграл. Конечно, можно было попробовать поспорить, и убедительным аргументом была бы стодолларовая бумажка, но не хотелось ломать через колено молодого человека.