Код номера начинается с кода географической зоны. Для Нью-Йорка этот код два-один-два. Литературный агент Джона Кейна Мэйбл Уэртс отозвалась на удивление быстро.

– Бонжур, Мэйбл! Что делаешь?

– Хай, Джон! Сижу на унитазе и писаю. Потом приму душ...

Мэйбл Уэртс - чудовищно толстая женщина. Джон представил, как она раскорячилась на унитазе, и ему стало весело.

– Ты что, мобильник и в сортир таскаешь?

– Такая у меня работа.

– Кстати, о работе... Как там дела с "Наваждением"?
– спросил он.

– Если честно, то не очень... (Джон услышал, как на другом конце земного шара хлопнула крышка унитаза и заурчала спускаемая вода. Это Мэйбл встала. Джон представил, как она оторвала кусок пипи-факса и воткнула его себе в лохматую промежность)... Твой последний роман продается со страшным скрипом. Тем более ты не приехал на его презентацию...

Джону перестало быть весело.

– А через клуб не пробовали?..

– Джон!
– укоризненно ответила агентша.
– Мы свое дело знаем.

– Плохо рекламировали, - проворчал он, игнорируя её укоризну.
– Эйсап известный скупердяй...

– Дело не скупости Тиббитса, а в тебе. Ты засел там в своей Океании и не показываешься на людях. Это очень вредно для твоего паблисити. Я тут, конечно, как могу верчусь (Джон представил, как Мэйбл вертится, и у него закружилась голова). Распускаю о тебе всякие гадкие сплетни - надо же как-то поддерживать твое реноме. Но моих усилий недостаточно. Читатели начинают забывать твое имя... Ты же знаешь, как у нас - пару месяцев не появишься на публике - и ты культурологический труп. А ты уже отсутствуешь больше года! Это немыслимо...

– А кто там у вас сейчас на первых страницах?

– Из женщин - Бонни Сойер, а из мужиков - Питер Маршалл, с новым романом "Убей меня трижды".

– С новым, говоришь? Предыдущий его роман назывался "Убей меня дважды". По-моему, он мусолит одну и ту же тему.

– Вообще-то, "мусолить" одну и ту же тему, как ты выражаешься, это признак настоящего писателя.

– А я, по-твоему, не настоящий. Я, например, никогда не вспахиваю одну и ту же грядку дважды. И уж тем более - трижды.

– Конечно же, ты настоящий. Порой, даже слишком. Ты

еле-еле втискиваешься в формат. Вечно у тебя что-нибудь из него торчит. То совершенно ненужные подробности из жизни героя, то совершенно неуместное смешение жанров...

– Ого! Ты говоришь, как чертов редактор. А твое дело продавать меня. Не так ли, Мэйбл?

– Так, так. Но скажу тебе честно, Джон, среди моих клиентов, ты самый трудный и упертый на литературе сукин сын. На литературе, повторяю, которая в наш век на хрен никому не нужна. Короче, прочесть тебя не всякому дано. Самое обидное, что ты можешь писать экшн, но не хочешь. Твоя лучшая вещь - "Таксидермист" - это напор, сила... э-э-э...

– Злость, - подсказал Джон.

– Да, без всяких сантиментов... Ведь можешь!

– Это я тогда разозлился.

– Ну, так разозлись опять.

– Если я разозлюсь, случится беда.

– Ну, ну, не преувеличивай.

– Слушай, Мэйбл, ты веришь в возможность прямой корреляции выдуманного текста с реальностью?

– Я не поняла тебя, Джон... иногда ты слишком заумно выражаешься, я не улавливаю смысла...

– Ладно, проехали...

– Что?.. ты пойми, люди любят, когда попроще... алло! Ты не обиделся?.. Джон, ты куда пропал?

Женщина замагнитила-таки взгляд Джона и не отпускала его.

– Забыли, значит, меня, говоришь, - отозвался Джон, ладонью приглушая голос.
– Вот сейчас на меня смотрит одна симпатичная бабенция. Сейчас она встанет, подойдет ко мне и попросит автограф... ага, вот она встала, не бросай трубку, послушай.