Не удержались мы от посещения первой таверны на пути в обед, хотя, здесь все про них и их делишки наслышаны. Наслышаны, однако, в лица никого не знают, поэтому несколько простых возниц ни у кого не вызывают особого интереса. Поесть почти домашнего и выпить пивка наемников тянет прямо, как магнитом.

Ну, я их тоже понимаю, поэтому мы наедаемся и выпиваем вволю, а потом уезжаем, оставив два талера в кассе таверны и наших мужиков на облучках телег.

Две телеги привязываем к едущим впереди, зато, так можем выспаться после сытного обеда и целого поросенка, которого убрал наш стол.

Только я не сплю, понимая меру ответственности и еще то, что для простых возниц мы слишком широко гуляем. Должны бы удовольствоваться парой мисок каши и все за обедом. А не смаковать жареных поросят.

Вот так можно легко спалиться на таких совсем не мелочах, как слишком много мяса и очень много пива за нашим столом.

Однако, за весь день проблем у нас не случилось, новости о таких щедрых крестьянах, разбрасывающихся золотом в тавернах, еще не опережают нас так явно. Да и вообще не опережают.

На следующий день я без жалости выталкиваю парней из номера следующего постоялого двора, где мы снова объелись и упились. Мужики ночуют во дворе, охраняю телеги с дорогим добром под сеном и наших лошадей. Я тоже с ними остаюсь на всякий случай. Наемники и лучницы заняли большой номер на шестерых за четверть талера, что относительно не дорого по сравнению с едой.

Уже здесь случились кое-какие непонятки с местными крепкими мужиками, которым приглянулись наши спутницы.

А у них нашлось монеты, чтобы предложить статным девкам прогуляться во двор понюхать цветочки и полюбоваться лунами.

Это, конечно, уже конкретная наглость такая, через головы наших людей такое предлагать. Ведь, девки явно с нами приехали, только, мы — проезжие мимо, а мужики местные и их много в селе, если что.

— Это, вы тут посидите и нам не мешайте договориться, а то бока намнем, чужаки! — слышим мы сразу.

— Что ты там хочешь? Да я тебя сам сейчас поимею! — сразу поднял ставки щупло выглядящий задира Шнолль

После этих слов так сразу и пошла веселая потеха с первыми тремя желающими комиссарского тела крепышами.

Получив от Шнолля и Вертуна умело по головам кулаками и ребрам ногами, повалявшись и постонав под столами вволю, местные мужики здорово обиделись. Быстро потом собрали немалую толпу своих сторонников за пол часа и вломились в таверну. Забежали и сразу прижали нас в углу большого зала.

Как и следовало ожидать, конечно, по логике произошедшего.

Тут уже и мне пришлось вступить в массовую драку, раздавая суровые плюхи многочисленным мстителям за честь родного села. Народ тут еще более размашистый, чем я в драке, поэтому легко всех опережаю, снова предупредительно натянув на руки свои зимние меховые перчатки.

С моей новой силой бью всего один раз, всем хватает, чтобы полежать и подумать.

Человек восемь за шиворот отправил отдохнуть за дверь таверны, пока наши наемники сплоченными усилиями опытных драчунов переломили неудачно складывающуюся поначалу драку и отбили подруг.

Те, конечно, тоже не пропустили веселье, били самых решительных, прорвавшихся к ним ухажеров, кружками по головам и сильно ругались. Ксита точно, как трактирная девка, своим сиплым голоском орала.

В общем, понравилось такое культурное времяпровождение всем; и мужикам, и наемникам, и Ксите с Фиалой, и даже мне, хотя пришлось отдать за побитую посуду и прочий ущерб один золотой сверху к общему счету.

Хозяин вообще сначала требовал три талера. Однако, я сунул ему один и послал его погулять, пока мои приятели не проснулись и не услышали такие наглые требования.

Судя по его недовольной роже, он решил такое неуважение не спускать заезжим, но, очень наглым ухарям-крестьянам и вызвал тяжелую конницу на наш караван. Точно отправил кого-то в замок, чтобы местный владетель заступился за него и заодно сам смог хорошо нас пограбить по уважительной и подходящей причине.

Как большой и не возмещенный ущерб местному налогоплательщику проезжими мужиками без охраны заметной.

— Так я и думал, что без смертоубийств не уедем мы отсюда! — говорю я, заметив позади каравана нескольких всадников, сверкающих на свету доспехами.

Мы уже с три часа катимся по дороге после ночлега, а впереди виднеется полоса леса, что довольно отрадно, только, не успеем мы до нее добраться никак.

— Да и не все ли равно, где придется убивать преследователей, — высказывает общее мнение Терек.

Всадники идут за нами галопом и явно, что мимо не проедут по своим важным делам, нечего на это и надеяться.