Захожу в «Салон для невест на набережной». Кэти, которая обслуживала меня в прошлый раз, стоит за прилавком и складывает белую оберточную бумагу. Увидев меня, она бросает на свою напарницу тот же взгляд, каким Ванда смотрит на Сабрину, когда я прихожу на работу.

— Ой, это опять вы! — чирикает она, и я почти слышу, как она натягивает на лицо фальшивую улыбку. — Как дела?

— Вообще-то не очень, — отвечаю я. — Мы потеряли ребенка.

Они с напарницей смотрят друг на друга, и фальшивая улыбка исчезает.

— О господи! Я так сожалею. Проходите, садитесь. Элли, поставь, пожалуйста, чайник.

— Конечно. — Элли, на мой взгляд, лет девятнадцать. У нее очень длинные вьющиеся каштановые волосы. Каждым своим движением она словно извиняется за сам факт своего существования. Наши взгляды встречаются. На лице у нее — неподдельное горе.

Кэти выходит из-за прилавка и протягивает ко мне руки, как два конца канцелярской скобки. Я стою и жду ее объятия. Разве не этого я хотела? Но ее борцовский захват меня совершенно не утешает.

— Дорогая, вам, наверное, было нелегко прийти сюда после всего, что вы перенесли. Я так сожалею. Я, увы, знаю, через что вам приходится пройти. Это было давно, и боль уже поутихла, но…

— Спасибо вам. Мы все-таки планируем свадьбу в феврале, но теперь, разумеется, мне не нужно будет платье того размера, которое вы мне подобрали.

— Конечно, конечно. Почему бы вам сначала не выпить чашечку чая, а потом можете еще раз просмотреть каталоги и выбрать то, что понравится. У нас есть в наличии все коллекции Сасси Холфорд и Мэгги Соттеро, а недавно мы получили платья от «Романтике», они не такие дорогие.

— Да бог с ними, с ценами, я имею в виду. Дэвид говорит, что ему теперь все равно, раз… раз у нас не будет… других дополнительных расходов.

Какая разница, что в прошлый раз я назвала своего жениха Кейденом? Все равно они этого не запомнили. Пусть теперь будет Дэвид, кем бы он ни был.

— Конечно. — Кэти на секунду сжимает мою руку в своей. — Вы пока выбирайте, а я посмотрю, что там с чаем. Вам молоко и две ложки сахара?

— Три, пожалуйста.

— Да, конечно три. Я посмотрю, не осталось ли у нас любимого печенья принца Чарльза. Лимонное. Просто чудо.

Платья в каталоге «Романтике» действительно дешевые (все они стоят меньше пятисот фунтов), но совершенно ужасные: кружевные, облегающие и с глубоким вырезом. Зато Мэгги Соттеро — сплошная элегантность, а все невесты сфотографированы на природе, которая прекрасно дополняет вышитые на платьях листья и кружевные цветы. О, да тут еще и каталог нижнего белья! Не успеваю я его раскрыть, как появляется напарница Кэти с чаем и двумя бисквитами на блюдечке.

— О-о-о, тут есть несколько замечательных моделей, и все они сегодня за полцены.

— Нет, белье меня не интересует, — говорю я. — Только платья.

— Конечно, конечно. — Она быстро убирает его в сторону и помогает мне взять каталог Сас-си Холфорд. — Если вас привлекает классика, от этого можно просто умереть.

Ее лицо покрывается густым румянцем, и я, чтобы не быть невежливой, делаю вид, что ничего не замечаю.

— И все они у вас в наличии?

— Да, почти все. Кроме «Доминик», оно особенно популярное. Видите, оно без бретелек, с длинным хвостом и идет в комплекте с кружевной накидкой и поясом…

— Я бы хотела взять сегодня домой одно из них.

— Хорошо. Скажите, какой дизайн вам нравится, и я подумаю, что можно сделать.

Открываю сумочку и достаю листок бумаги с рисунком, сделанным Фой.

Когда мы с моей кузиной были детьми, мы придумывали себе свадебные наряды и всегда говорили, что, когда придет пора выходить замуж, мы должны найти себе платья максимально похожие на эти.

Кэти брезгливо берет листок за два уголка, словно он весь покрыт засохшими соплями.

— Хм-м. Так, что мы имеем? — Она смотрит на меня и снова опускает глаза на рисунок. — Длинный шлейф, вуаль, длинные рукава. А это, надо полагать, кружево?

— Да. Видите, тут написано, что это должно быть кружево.

— Ах да. И перья. Множество перьев на юбке. Мне кажется, у нас есть точно такое. Новое поступление, модель следующего года. У вас ведь четырнадцатый размер?

— Если повезет. Чаще шестнадцатый. Это проблема?

— Нет, если мы сами не будем делать из этого проблему, — она подмигивает мне, ухмыляясь. — Я все сделаю для вас, Рут.

И она удаляется на склад, постукивая каблучками, как Мэри Поппинс, разгуливающая по крышам. Я допиваю свой чай, Элли делает мне еще одну чашку, и тут появляется Кэти с увесистым пакетом, перекинутым через руку.