— Успокойся, Дмитрий Иванович. Спокойно заметил Некрасов, закуривая очередную папиросу. Все идет по плану, пожалуй, впервые с начала войны. Гренадеры движутся на удивление легко, германцы, кажется впервые действительно оглушены огневыми ударами.

Здесь Громов согласился со своим начальником штаба. Местность,по которой наступали танковые эскадроны -здорово напоминала лунный пейзаж. Обрушенные обстрелом и засыпанные землей траншеи и блиндажи, посеченные траками танков и минными тралами поля с мертвой сожжённой травой,изувеченные перелески с голыми,посеченными осколками деревьями напоминающие молящих о помощи тощих людей, задравших вверх руки. Горелая русская техника встречалась весьма редко,чего не скажешь о немцах…Чуть ли не каждые полверсты попадались полностью разрушенные артиллерийские или минометные позиции,бронебойные опорные пункты с разбитыми орудиями и ПТУРС и трупы…множество трупов в камуфляже «древесная лягушка»… Трупы уже начинали пованивать и воздух привычно загустел и наполнился тошнотворным сладковатым ароматом,который невозможно спутать с никаким другим. К этому добавился равномерный гул миллионов мух,слетевших на невиданное пиршество мертвой плоти…

Масштабы и сила первого удара,стали понятны через двое суток когда потерявшая до половины из своего пятнадцатитысячного состава 63 Туземная пехотная дивизия генерала Али Нахичеваньского плотно блокировала Брацлав и обеспечила переправу авангардов 1 и 2 гренадерских дивизий на противоположный берег Южного Буга в направлении Немирова,сматывая неприступную «Линию Гинденбурга» с открытого фланга, словно уборщица старую ковровую дорожку. В центре обороны 8 полевой армии, генерала Отто Вёлера, теперь зияла дыра, словно ей вырвали сердце. Находящаяся во втором эшелоне гренадерского корпуса гвардейская стрелковая дивизия генерала Дельсаля, продолжала упорно пробиваться на запад расчищая дорогу,отдельному механизированному корпусу Громова идущему за ней по пятам.

Поворот двух гренадерских дивизий на северо-запад,здорово разгрузил немногочисленные дороги от бесконечных интендантских колонн,что резко увеличило скорость движения танкового соединения. Наконец вечером 27 июня, совершив обходной маневр, авангард 2 отдельной танковой бригады «Воющие черти», сбив хлипкие заслоны 56 пехотной дивизии фольксвера отступающей под беспрерывными ударами нашей фронтовой авиации,буквально висевшей над полем боя — вышел на оперативный простор у местечка Шпиков.

— Так воевать,мне нравится. Весело признался Горелый своему командиру. На газ давишь и трофеи собираешь…

— Вот что за язык у тебя, Горелый?! Вечно ты каркаешь, как ворон худой! Завелся Фокин.

— А что такого Савва? Все по честному. Тикает фриц…тикает, сука… Добавил башнер Суханов,неожиданно поддержав мехвода.

Савелий не стал спорить со всем экипажем и злобно сплюнул в валяющийся на обочине остов немецкого MAN от которого явственно несло гарью и мертвечиной. Немцы, действительно бежали и бежали быстро. Вторая гвардейская танковая бригада фон Паннвица,идя на острие 65 механизированного корпуса генерала Громова,постоянно взвинчивала темп преследования не давая германцам зацепится за промежуточные рубежи обороны. Важнейший железнодорожный узел Подолии, Жмеринку- они взяли вчера днем без сопротивления,немцы сбежали после первого же удара вертолетов и штурмовиков «Громобой». Попытки немецкой пехоты,оказать сопротивление в наспех созданных «шверпунктах»,заканчивалось всегда одинаково. Засеченные с беспилотных разведчиков, плохо замаскированные «шверпункты» уничтожались атаками вертолетов или бомбардировщиков и добивались огнем из танковых орудий. В отличии от гренадеров и туземных полков, прорывавших злосчастную линию «Гинденбург»,кровью и потом, бронекавалерия,вырвавшись из -за их натруженных спин на оперативный простор, стальной гребенкой,сметала германские тылы,парализуя и подавляя волю к сопротивлению.

Винница, столица Подольской губернии, была обойдена с юга и спустя 48 часов уже находилась в глубоком тылу рвущихся на запад «восьмидесяток» Громова. В Жмеринке, были захвачены обширные склады, несколько составов с поврежденной техникой и пара тысяч пленных. Ночью, эскадрон Черкасова, атаковал пытающуюся улизнуть из смыкающегося кольца длинную колонну интендантов 11 армейского корпуса фольксвера. Савелий, до сих пор отчетливо видел, как их фугасные снаряды и зажигательные трассирующие пули,разносили в клочья хлипкие туши груженных «бюссингов», «даймлеров» «магирусов» и «манов», как визгливо вопя, метались под шквальным огнем фигуры немецких солдат…

Малороссийские городки,местечки и хутора,встречали русские танки и бронемашины,толпами стоящего на обочинах,нарядно одетого народа и бойкие чернобровые хохлушки,сверкая глазами и золотыми серьгами смело лезли на танки, передовая солдатам корзинки со снедью и полевые цветы и отчаянно стреляя глазами…. Не за бесплатно конечно.

Прапорщик Фокин даже воспользовавшись моментом, завалил одну такую чернобровую на спину,прямо в паре шагов от кормы пышущего жаром «ящера», во время короткой остановки для отдыха после длительного марша на солнцепеке. Расплатился, с ловко одернувшей подол молодой солдаткой Оксаной, двумя свернутыми в трубочку червонцами. Еще за червонец купил неуставной еды. Четверть грушевого самогона в бутылке из под водки, бутыль молока,холодного явно из ледника,шмат домашнего, копченого сала завернутый в тряпицу и с десяток яиц и ноздреватый каравай хлеба и кульком крупной,серой соли.

— А муж то где, Оксана -краса? Зачем то спросил Савва…

Девица пожала плечами, поправляя сбившийся локон и поднимая детское одеяло на котором они и кувыркались под вишней у плетня…

— В Германию угнали. Где то на шахте в Руре работает…денег не шлет, паразит. А мне троих кормить надо. Ладно, прощай солдатик…

Оксана –краса, поцеловав Фокина в губы и напевая что то веселое,двинулась вглубь запущенного сада…

Через десять минут, огромная железная змея маршевой колонны первого эскадрона вздрогнула и поднимая придорожную пыль,двинулась на запад…

— Генерал Чоглоков убит…Мрачно сообщил Некрасов,бросая на походный стол желтоватый бланк шифрограммы. Вместе со всем штабом…

— Это как? Опешил Громов буквально неделю назад видевший румяного и усатого красавца Чоглокова на совещании в штабе фронта, у Риттера…

— Очень просто, Дмитрий Иванович…Внезапный налет люфтваффе на штабную колонну во время марша. Видимо радиоразведка немцев наводила или агентура из местных. Расслабились на марше, а немцы, они ошибок не прощают. Снесли всю колонну подчистую. От Чоглокова только шлем нашли и планшет обгорелый. От начштаба Сербина — погон….