Шлюз выводил на балкон под куполом. В башне собора имелась гравитация. Неполная, но достаточная для перемещения по полу без использования магнитных подошв либо вакуумных насосов. Также имелось освещение, довольно тусклое, что осложняло задачу — приборы ночного видения при таком освещении избыточно бликовали, а дополнительные источники света демаскировывали наемников. Пола башни видно не было, как и противоположной стены. Можно было воспользоваться инфракрасной подсветкой, но некоторые системы наведения любили использовать их источники в качестве ориентира для стрельбы, по этому Власу и Каре ничего не оставалось, как надеяться на слух.

Они прислушивались в течение минуты и не заметив ничего подозрительного, передали по внутренней связи команде, чтобы они поместили в шлюз первые контейнеры. Ими должны были стать ящик с водой и едой. В случае чего, за ними можно было залечь, как за прикрытием и не боятся, что содержимое взорвется, как кислородные шашки, или зальет обороняющихся герметиком, который застывает за считанные секунды и может стать ловушкой, ограничив движение.

Команда с наружной стороны сначало через небольшую щель стравила выпущенный в шлюз воздух, а затем поместила внутрь необходимые контейнеры. Пока Влас изнутри переносил их и ставил по бокам от шлюза, Кара сидела у края балкона и всматривалась в сумрак башни, не замечая никакого движения.

После первых контейнеров, внутрь вошли Геральд и Нора. Нора сразу присоединилась к Каре, а Геральд помогал Власу. В итоге по два контейнера один на другой поставили по бокам от входа в шлюз, их высоты хватало для того, чтобы укрыться в полный рост даже Биатрис — самому крупному члену спасательной команды ростом 190 см. Последний пятый поставили впритык к перилам балкона, напротив створок шлюза, создавая таким образом прикрытие на случай отхода.

— Какое бестолковое использование пространства. Башня огромная, а полезной площади пшик. — озираясь по сторонам, выразил свое мнение Геральд.

— Это чтобы человек осознавал насколько он мал и ничтожен на фоне всего этого. — прокомментировала Нора.

— Ну на меня как-то не действует. — пожал плечами капитан.

— А вы спуститесь вниз и посмотрите оттуда. — посоветовала бывшая церковница.

— Нам вниз не надо пока. Нам наоборот под самый купол. Сигнал подавали там. — подходя к перилам и глядя наверх, сказал Влас. — О.
– лаконично закончил закончил он свой монолог.

Все резко вскинули головы и ощетинились стволами скорострельных винтовок. Сверху на них смотрел свесившись с балкона силуэт и приветливо махал руками. Увлекшись приветствием, силуэт потерял равновесие и сверзился вниз.

Когда силуэт пролетал мимо, стоящий у края Влас резко выбросил руку вперед и подхватил его за ногу. Чтобы он не потерял равновесие, в момент его рывка стоящая рядом Биатрис положила свою руку на плечо бригадиру. В итоге он даже не пошатнулся от принятого веса. Подняв добычу над краем балкона, бригадир продемонстрировал окружающим улов. Им оказался тощий монах с скатившейся на лицо робой. Как оказалось, кроме робы и тряпичной обуви на манер портянки, перевязанной обвязками, на монахе ничего не было, поэтому знакомство с ним спасательная команда начала с созерцания его тощей задницы.

— Мне право неловко было вас отвлекать от вашего полёта, но за последние два года, семь месяцев и четырнадцать дней вы первый корабль, который пролетал мимо моей обители. — поправляя рясу и взлохмаченную бороду, оправдывался монах, стоящий в окружении спасательной команды на балконе напротив шлюза.

— Сколько вас тут? — не снимая шлема и используя внешний динамик скафандра спросил Влас.

Его лицо, как и лица остальных монах видеть не мог, стекла скафандров были затемнены.

— Дык тут такое дело… Один я остался. Когда духовенство решило списать собор, из него вывезли все, что можно. Но фрески! Как можно было бросить фрески? Я был не согласен с этим кощунством и остался тут, дабы демонтировать все фрески и подготовить их к переносу в иной храм.

— И когда тебя должны были забрать? — спросил Влас.

— Полтора года назад… — вполголоса ответил монах.

— А почему же не забрали? — так же поинтересовался Влас.

— Когда вынесли решение о списании собора, его отбуксировали к Игумену — планете в области мыльного облака. Эта планета с самых первых космических соборов служила их конечной точкой. Мне удалось уговорить папство дать мне время демонтировать фрески и только потом уничтожить.

— Но Игумен в сорока световых часах отсюда! — удивился Геральд.

— Ну да. Собор сошел с орбиты в первую неделю после начала работ. — кивнул монах.

— И ты не сообщил об этом своим? — с сомнением в голосе уточнил капитан.

— Ну я… Да… В общем такое дело… Я не дружу с электроникой. Вот. — замялся монах.

— В смысле? То есть средство коммуникации в соборе есть? — не понял Влас.

Монах суетливо кивнул.

— Оно исправно? — спросил бригадир.

Монах пожал плечами с грустной улыбкой.