– Они здесь! Скорее, проходите. Не нужно оружия в моем доме!
– крики Оскара раздались так неожиданно, вторгнувшись в наши переглядывания, что я и Орм одновременно дернулись, оборачиваясь на звук.

То, что именно в этом была наша общая ошибка, я осознал лишь спустя мучительно долгое мгновение. Миг, который был навсегда утрачен.

Оливия кинулась в сторону края террасы.

– Стой!
– завопил Орм и выстрелил. Попал он или нет рассмотреть не успел. Я сорвался с места, но догнать девушку не сумел. Она налетела на зеркало, собственным весом сбивая здоровенное творение неизвестного мастера, и вместе с ним рухнула вниз с невообразимой высоты.

Кто-то схватил меня за плечо, дернув назад, когда я едва не сиганул следом. Рядом захлебнулся неистовым криком Орм. Внизу завопили люди, разбегаясь. Я вырывался из двух пар рук, видя как хрупкое женское тело и массивное зеркало мчатся навстречу асфальту. Стеклянный звон был последним, что я успел услышать, прежде чем распахнул глаза в собственной спальне.

Тело сковал ужас, разлился по мышцам, пронзил голову льдом. Я подхватился на ноги, ощущая как мир вокруг вибрирует и плавится. Что с Оливией?! Как она вообще додумалась до такого?!

Выскочил из комнаты, даже не одеваясь, с голым торсом и босиком. Стражи удивленно вытянулись по струнке и проводили меня ошеломленными взглядами. А я мог думать лишь об одном: «Духи, лишь бы она переместилась в тело Альвы. Я так мало просил вас, но теперь умоляю о помощи. Пусть она окажется жива!».

Слуги и стражи шарахались в стороны, я ни на кого не обращал внимание. Домчался до покоев жены за рекордные четыре минуты, резко дернул дверь на себя, не утруждаясь никакими условностями. Вбежал в спальню.

Альва сидела на кровати, настороженно и испуганно глядя на меня. Замер, пытаясь рассмотреть внутри этого тела родную душу, ища в зеленых глазах взгляд, который узнал бы из тысяч.

Поморгав спросонья, королева резко дернула на себя одеяло и завопила:

– Ты в своем уме, Мар?! Что ты здесь делаешь?! Стража! Помогите! Насилуют!

Горло сжало спазмом, а внутри вдруг все рухнуло. За грудиной образовалась черная дыра, в которую ухнуло в единый момент все, что могло чувствовать. Ещё несколько минут я всматривался в черты лица Альвы. Где-то на задворках билась отчаянно глупая мысль: «может, она меня разыгрывает? Притворяется Альвой, чтобы поиздеваться? За такое, конечно, придется ее отшлепать, но… лишь бы только…».

Нет. Это была моя жена. Альва Корхонен. И я знал это с самого первого мига, едва вошел в комнату. Уже давно научился их распознавать. Ощущал Оливию кожей, но сейчас пытался тешить себя иллюзией, хоть какой-то тщетной надеждой.

Супруга принялась швыряться в меня подушками, продолжала кричать. Больше я ее не слышал. Меня окружала плотная непробиваемая пелена, под которой остался только шум крови в ушах.

Стражи неуверенно топтались в дверях, не понимая что им делать: защищать королеву или короля.

Будто сомнамбула я сделал шаг назад, затем ещё один. Потом обернулся и направился прочь из покоев жены.

– Мар!
– я даже не заметил в какой момент Рунольв оказался рядом. Он встряхнул меня за плечи, пытаясь дозваться уже, наверное, в десятый раз: - Ингемар, чтоб тебя, приди в себя!
– затем он крикнул кому-то за спину: - Будите всех магов, он сейчас не контролирует силу!
– а затем резкий удар по моему лицу: - Ингемар! Прошу тебя! Очнись!

Картинка перед глазами слегка прояснилась. Рунольв в простой рубашке и с взъерошенными волосами, удерживал меня за плечи, прижимая спиной к стене. Мы находились на первом этаже дворца. Вокруг царил переполох. На полу лежали картины, осколки драгоценным ваз, разбитые цветочные горшки и рассыпанная земля. А за окнами завывал ветер, ревела буря.

– Мар, ты со мной?!
– Рунольв вглядывался в мои глаза с надеждой.
– Ты должен это прекратить. Немедленно! Или не обойдется без жертв!

Только сейчас до меня дошло, что вокруг бушевала именно моя сила, отзываясь на то, что творилось внутри, она вышла из-под контроля, обещая уничтожить мир в котором нет Оливии.

– Ингемар!
– оклик Лоренса. Он бежал по коридору в незастегнутой мантии. За ним неслись двое магов, среди которых узнал Лагерту. Остальные выскакивали во двор, пытаясь совладать со стихией.

Окончательно придя в себя, я дернулся, освобождаясь от рук друга, и сполз по стене на пол. Сила подчинилась воле хозяина и быстро улеглась. Хотя мне показалось, что она просто перекочевала ко мне внутрь, уже там разнося внутренние органы, ломая ребра, вырывая мышцы и сухожилия. Никогда не думал, что душевная боль может быть намного сильнее и ужаснее физической.

Гул за окнами стих. Приближенные напряженно всмотрелись в окна, затем присели рядом со мной.

– Что произошло?
– прошептал Рунольв. Я перевел на него затуманенный взгляд и едва сумел выдохнуть: