Огляделась по сторонам, в надежде обнаружить того, кто гладил меня, но рядом никого не было видно. Значит, показалось. Может, мамочка?

Искупавшись ещё раз, я выбралась на берег. Вот только одежды моей не было, как и еды и бурдюка с водой. Не смешно! Значит, не показалось и здесь кто-то был.

В таком виде лазать по скалам не хотелось, когда здесь полно озабоченных парней.

Кому понадобилась моя одежда? Я вновь осмотрелась.

– Кто здесь?
– задала вопрос на венерианском.

Таиться незнакомец не стал. Вышел. Из одежды лишь набедренная повязка да нож. Красив. Сильные руки, ноги, пресс, широкоплеч. Волосы как вороново крыло, подвязаны кожаной тесьмой.

Жёлтые глаза глядят изучающе.

– Верни одежду!
– потребовала я.

– Замуж выйдешь, верну!
– и стоит, насмехается.

– Когда-нибудь выйду, да за тебя ли?
– вскинула бровь.

Он нахмурился.

– Что ж тебе одежда не нужна вовсе?

– Оставь себе, - махнула я и прошла мимо него.
– Тебе она к лицу будет!

Такой наглости он явно не ожидал. А я себя голой не особо и чувствовала. Привыкаю, что ли?

Ощутила чей-то злобный взгляд.

– Не лезь!
– гаркнула по-венериански.

Не слишком ли много народу наблюдает за мной? Вот так, уединишься... А оказывается стриптиз бесплатный устраиваешь.

Пришлось возвращаться к девчатам.

В моей постели обнаружился какой-то мужик, за что и поплатился особым веником, не распаренным. Улепётывал спросонку, так, что лишь пятки сверкали, чуть народ не затоптал.

А проснувшись, завернулась в кожу с шеи и до колен - имелись у меня припасы одежды. Да пошла мясо готовить.

– Чего это ты укуталась? Чай не захворала?
– спросила старушка, присматривающая за нами.

– Да один добрый молодец одежду забрал. Предлагал замуж.

– Что ж ты, неужто отказала?

– Да разве ж так замуж выходят?
– удивилась я. Такое ж только в сказках и бывает.

– Ну так парень смекалист.

– Так не люб.

– Не всё ж по любви. Сказывают, тебя с чужаком видали.

– И что с того?

– Он тебе люб?

– Не знаю, бабушка. А ни один пока не заслужил моей любви.

Бабушка усмехнулась:

– На тебя теперь охоту открыли.

– В смысле?
– не поняла я.

– Ну, ты лишилась девственности с чужаком. Если понесёшь от него - очень хорошо. Свежую кровь в племя принесёшь.

От этой новости у меня нож соскочил и рубанул по руке.

Так они думают, что мы переспали?Ну, конечно, думают, после вчерашнего. А поскольку мы с Дао не заявили о своём намерении жениться, теперь отбоя не будет от местных или парней из соседних племён.

Так я одежды не напасусь.

– Не поранилась?
– спросила старушка участливо.

Я осмотрела руку, пришла к выводу, что на мне ни царапинки и продолжила разделывать тушу. Преимущества явно на лицо такой брони.

Так продолжалось несколько дней(я по-прежнему отмеривала срок в днях, хотя могла считать лишь ночёвками (точнее, количество снов). За которые я озверела. И, не найдя спасения, спустилась к горной реке, где впервые повстречала незнакомца, оказавшимся Дао. Эти дни Дао не давал о себе знать, а мне даже обидно было, временами, что он будто желание сделать меня своей женщиной потерял. Дао я застала за тренировкой, он двигался медленно и, как и прежде, красиво.

– Нагулялась?
– иронично спросил он, не прекращая упражнение.

– Ты это о чём?

– Ну, хотела свободы. Я тебе её дал.

А я так растерялась, что не знала, чем крыть.

– Ты говоришь так, будто я тебе жена.

Он не ответил. Лишь продолжал двигаться. А меня подмывало пожаловаться. Будет ли слушать?

– Между прочим, мне прохода не дают. Везде какие-то озабоченные мужики. Что девушек нормальных нет? Чего на меня слюни пускают. Благо, за изнасилование тут убить могут, - я вздохнула.
– Разве я какая-то особенная? На статую похожа.

Я подошла в заводи, заглядывая в своё отражение. Мраморная статуя!

Фу!
– Зачем ты надо мной поиздевался?

– Это не я!

– Ну, ты тоже к этому причастен.

– Думаешь? Возможно произошедший сбой из-за меня. И чип не активирован поэтому был. И то, что ты выпрыгнула. Это готов признать, если тебе легче станет.

У, бесчувственный чурбан! Нет, чтоб пожалеть, уверить в том, что я самая прекрасная девушка на свете. К кому я пришла?

Может, правда, согласиться на замужество с венерианцем? Они уж точно не бесчувственные, хотя вряд ли что испытывают, кроме спортивного интереса.