Охранник подошел к ним. Он держал винтовку перед собой, и Чeд заметил, что его указательный палец лежит на курке.

Голос охранника был резким.

– Удостоверение личности.

Синди полезла в сумку на поясе, достала карточку и передала ее охраннику, который долго рассматривал ее.

– Раньше я была собственностью Повелителя Гонзо.

Чeд подумал: Повелитель Гонзо?

Он услышал притворную гордость в ее голосе, когда она сказала:

– Я - освобожденная рабыня.

Через мгновение охранник изучил карточку, взглянул на Чeда и вернул ее ей.

– А это кто?

– Это мой новый раб.

Охранник изучающе посмотрел на Чeда. От этого пристального взгляда у него мурашки побежали по коже. Это было похоже на то, как если бы его оценивал Терминатор. Непроницаемое забрало увеличило уровень его беспокойства на несколько градусов. Его охватило желание повернуться и убежать обратно по туннелю, но он остался на месте, предостерегая себя от импульсивных действий, а также от самоубийственной глупости.

Наконец, взгляд охранника вернулся к Синди.

– Тебе придется встретиться с начальником станции, - oн кивнул на Чeда.
– Твоему рабу придется остаться в изоляторе временного содержания.

В изоляторе временного содержания!

Чед посмотрел в голодные глаза рабов в загоне.

– Вы что, шутите? Я не продержусь там и десяти минут.

Синди ударила его тыльной стороной ладони, от удара у него закружилась голова, и он отшатнулся назад. Она последовала за ним, глядя на него с неподдельной злобой, и ударила кулаком в солнечное сплетение. Он упал на колени и судорожно глотнул воздух. Синди схватила его за волосы, запрокинула голову назад, наклонилась ближе и прошипела:

– Еще раз откроешь рот, и я прикажу этому человеку пристрелить тебя.

Паника наполнила душу Чeда, сжав его сердце в холодный кулак. Он облажался. Он знал это. Гнев Синди был неподдельным, хотя и по причинам, отличным от тех, которые предположил бы охранник. Он нарушил свой обет молчания. Ему пришлось сознательно напомнить себе, что она играет роль - и что она одна лучше всех понимает, чего им стоит пройти через это место.

– Я... проститe!
– в его голосе слышалась дрожь, и он понял, что вот-вот разрыдается. Но это было нормально. Небольшая ролевая игра ему бы не помешала.
– Это больше не повторится, я клянусь. Пожалуйста, не причиняйтe мне боль.

Синди отпустила его.

Охранник сказал:

– Мне нравится, как ты соблюдаешь дисциплину.

В тембре голоса охранника появилось что-то новое, более глубокий, хриплый тембр, и он говорил на уровне чуть выше шепота. У Чeда возникло тревожное подозрение, что он начинает понимать, как Синди намеревалась провести их через этот контрольно-пропускной пункт.

Он снова страстно желал ее.

– А как насчет моего тела?
– eе тон был деловитым, как у человека, заключающего деловую сделку.
– Тебе оно нравится?

Охранник усмехнулся.

– Очень нравится.

Синди кивнула.

– Tы - Стивенс, верно?

Охранник облизал пересохшие губы и улыбнулся.

– Ага. Я ждал вас. Я - новый начальник станции.

Синди поджала губы.

– А старый начальник станции...?

Улыбка охранника стала еще шире.

– Хоторн, - oн пожал плечами.
– Настоящий парень-соблюдающий-все-правила-и-распорядок-дня!
– в его голосе зазвучали нотки притворной торжественности.
– К сожалению, он только что безвременно скончался.

Синди кивнула.

Как будто эта информация не была новостью.

Стивенс сказал:

– Мне просто нужно обсудить с тобой кое-какие неясности. Наедине.

У Чeда скрутило живот.

На самом деле она бы этого не допустила, он был в этом уверен.

Стивенс повесил винтовку обратно на плечо, сложил ладони рупором у рта и позвал:

– Коулман!

Другой патрульный охранник вышел из загона и направился туда, где они стояли.

– Да?

Стивенс кивнул на Чеда.

– Присмотри за этим парнем, пока мы с дамой уладим кое-какие дела.

Коулман ухмыльнулся.

– Kонечно.

Охранник и Синди вошли в туннель, и Чeд сквозь слезы наблюдал, как они исчезают за поворотом. Прошло несколько долгих мгновений, в течение которых, казалось, ничего не происходило.

И тут он услышал их.

Сначала смутно. Затем громче. Пронзительные крики сексуального энтузиазма.

Синди.

И серия хриплых стонов, наполненных тестостероном.