Один ее вид — это дар. Ее маленькая полоска меха между бедер зовет меня, ее запах сильнее, чем раньше.

— Мне это нравится, — говорю я ей, проводя пальцами по кусочку меха. — Все люди такие, или я самый счастливый мужчина?

У нее перехватывает дыхание от смеха.

— У всех людей там в той или иной степени есть волосы. Но ты все равно можешь считать себя счастливчиком.

— Да, — говорю я ей и оставляю поцелуй там. — Потому что это мое.

— Это идет в комплекте со мной, — говорит она, забавляясь.

— Да, и ты тоже моя. Но это особенно мое, — говорю я и накрываю ладонью ее влагалище. Даже здесь она маленькая, но ее кожа обжигающе горячая. Я чувствую, как ее кхай разливается по телу, отзываясь на мои прикосновения. — Оно влажное, горячее, вкусное и полностью мое.

Она снова смеется, слегка дрожа.

— Я не знаю, то ли это грязные разговоры, то ли я просто действительно возбуждена в данный момент.

— Ты нервничаешь? — По-моему, она нервничает.

Она молча кивает.

— Но почему? — Я снова целую ее холмик. — Я уже делал это раньше. Я целовал все твое тело. Ты родила мой комплект. Почему ты сейчас нервничаешь?

— Потому что это важно. — Ее голос — всего лишь шепот. — Потому что я так сильно скучала по тебе.

— Я здесь, — говорю я ей. Я беру ее за руку, и она крепко сжимает мои пальцы. — Позволь мне доставить тебе удовольствие, моя пара. — Когда она натянуто кивает мне, я наклоняю голову и снова целую ее холмик. Я буду лизать ее, пока она не закричит… но я никогда ее не отпущу.

Я устраиваюсь между ее ног и кладу свободную руку на внутреннюю сторону ее кремового бедра. Я не могу сдержать стон желания, вырывающийся из моего горла при виде ее розовых складочек, влажно поблескивающих. Я ждал несколько дней, чтобы снова попробовать ее на вкус. Ее пальцы снова сжимают мои, словно давая мне понять, что она тоже этого хочет. Я больше не теряю времени; я наклоняюсь и долго, медленно облизываю ее.

Ее дыхание прерывается.

Вкус Стей-си у меня на языке восхитительный. Я снова облизываю ее, такую сочную и сладкую здесь. Она на вкус лучше, чем я помнил, и я не могу удержаться, чтобы не лизать ее снова и снова, очарованный мягкостью на моем языке и вкусом ее мускуса. Она стонет, и ее бедра покачиваются в такт моему языку, прижимаясь ко мне. Ей это нравится, но я хочу свести ее с ума от желания, как она это сделала со мной.

Поэтому я начинаю исследовать ее ртом, изучая каждую складочку и изгиб. Я провожу языком по бугорку в верхней части ее влагалища, который напоминает сосок. Я опускаю свой рот ко входу в ее лоно, где она самая горячая и скользкая. Я хочу лизнуть ее еще ниже, но когда она так сладко выгибает бедра, когда я облизываю языком ее сердцевину, я решаю сосредоточить свое внимание там. Я просовываю кончик языка внутрь нее, и она стонет, крепко сжимая мою руку. Я использую свой язык, как член, входя в нее и выходя из нее. Моя собственная потребность бушует во мне, но я игнорирую ее. Все дело в том, чтобы побыть с ней и удовлетворить ее потребности, а не мои.

— Прикоснись к моему клитору, — шепчет она.

Я удивленно поднимаю голову. Это первый изданный ею звук, который не был ни стоном, ни криком.

— Твой клитор? — Я не знаю этого слова. — Покажи мне.

— Вот, — говорит она. Ее свободная рука скользит между бедер, и она раздвигает складочки. Ее пальцы скользят по ее гладкости, а затем она обводит маленький сосок в верхней части своего влагалища.

Я очарован видом того, как она прикасается к себе… и ревную. Она моя, чтобы к ней прикасаться. Моя для удовольствия. Но я возьму то, что она мне покажет, и научусь. Я наблюдаю за ней, как она медленно обводит сосок — свой клитор, — и ее дыхание учащается. Значит, ей нравятся мягкие прикосновения здесь.

Я отталкиваю ее руку в сторону и снова зарываюсь лицом между ее ног, нащупывая языком ее клитор. Я слышу, как она ахает, когда я нахожу его, и начинаю копировать ее движения, обводя кончиком языка по кругу, как это делала она. Все ее тело дрожит в ответ, и она издает тихий вскрик.

Воодушевленный, я удваиваю свои усилия, облизывая, покусывая и посасывая этот маленький кусочек плоти. Если она хочет, чтобы я подразнил ее клитор, я это сделаю. Если она захочет, чтобы я лизал ее часами, я это сделаю. Я наблюдаю за ее движениями и обращаю внимание на то, как она сжимает мою руку. Я узнаю, какие вещи ей нравятся — например, быстрое скольжение моего языка по ее клитору, — а какие ее не трогают. Снова и снова я доставляю ей удовольствие своим ртом, и ее вкус наполняет мои чувства. Я хочу часами находиться здесь, между ее бедер, чувствуя, как она дрожит.

Одна из ее ног дергается, и я опускаю на нее свободную руку, заставляя ее раздвинуть ноги шире.

— Моя, — жадно рычу я между облизываниями.

Она всхлипывает, и ее рука тянется к моей гриве. Ее пальцы запутываются в моих волосах, и она тихо вскрикивает, выгибая бедра.

— Я так близко, — выдыхает она. — Не останавливайся.

— Никогда, — клянусь я и набрасываюсь на нее с новообретенной решимостью. Она крепко сжимает мою руку, пока я продолжаю ласкать ее клитор, снова и снова. Ее бедра поднимаются выше с каждым движением моего языка, пока она не прижимается к моему рту, из ее горла не вырывается тихий пронзительный звук.

Затем она кончает в приливе влаги, все ее тело дрожит. Она громко вздыхает и дрожит, а я крепко сжимаю ее руку и продолжаю доставлять ей удовольствие своим ртом. Я не сдаюсь, пока она не отталкивает меня в сторону несколько мгновений спустя.

— Ты убьешь меня, если будешь продолжать в том же духе, — говорит она мне, затаив дыхание от изумления.

— Я доставляю удовольствие своей половинке, — говорю я ей, готовый сделать больше.

— Я определенно получила удовольствие, — отвечает она, тяжело дыша. — Я… вау.