— Я хорошо справился?

— Лучше, чем хорошо. Удивительно. — Она снова сжимает мою руку. — Спасибо.

— За что ты меня благодаришь?

— Потому что ты не должен был этого делать.

— Я мечтал об этом в течение нескольких дней. — Я оставляю поцелуй на внутренней стороне ее бедра и наслаждаюсь ее ответной дрожью. — Нет большего удовольствия, чем ощущать твой вкус на своих губах и смотреть, как ты распадаешься на части.

Она улыбается и поглаживает меха.

— Пойдем, понежимся ненадолго?

— По-нежимся?

Стей-си кивает и, когда я подхожу к ней, обнимает меня за талию и прижимается щекой к моей груди. Она прижимается ко мне всем телом и переплетает свои ноги с моими.

— Понежимся. Объятия. Будем держаться друг за друга.

— Я был бы рад. — Я обнимаю ее и чувствую себя довольным. Счастливым. Мой кхай поет песню удовлетворения. Мой член болит, и моя потребность неистова, но в данный момент мне не нужно большего. Моя пара в моих объятиях, ее вкус на моих губах, а ее удовлетворенное тело прижимается ко мне.

На данный момент этого более чем достаточно.

Глава 9

СТЕЙСИ

— Ты уверен, что погода продержится? — спрашиваю я Пашова, выглядывая из пещеры на ясное небо на следующий день. Погода прекрасная — для Не-Хота. На улице солнечно, и лишь несколько крупных хлопьев кружатся на ветру. Вместо антарктической зимы это больше похоже на… Канадскую зиму. Все еще холодно, но уже не так тоскливо. — Как бы мне ни нравилось быть здесь с тобой, я также беспокоюсь, что мы потеряем возможность путешествовать. Может быть, нам стоит отправиться за всеми, пока погода хорошая?

— Рокан сказал, что жестокий сезон подождет еще немного, — упрямо говорит моя пара со своего места у огня. Он держит Пейси за руки и пытается заставить малыша ходить, а не ползать. Пашов смотрит на меня, на его широком лице появляется тень обиды. — Разве ты не хочешь быть здесь со мной?

— Дело совсем не в этом. Мне нравится быть с тобой. — Я снова задвигаю ширму над входом и подхожу к нему. — Пребывание здесь вместе помогло нам воссоединиться, — говорю я и касаюсь его руки. — Было чудесно провести время наедине. Я бы с удовольствием осталась в этой пещере на месяцы, если бы мы могли. — Маленькая пещера достаточно велика, чтобы мы не спотыкались друг о друга, и достаточно мала, чтобы быть уютной. Временами здесь немного дымно, но я могла бы быть здесь счастлива. — Я просто беспокоюсь о путешествии. Это было не совсем просто. Я не хочу, чтобы мы застряли во время штормов, когда они все-таки налетят.

— Рокан никогда не ошибается, — говорит мне Пашов. — Он говорит, что будет ясно дольше, и мой вождь дал нам четыре дня, прежде чем они придут искать нас.

— Но ты сказал, что потребуется по меньшей мере пять дней, чтобы добраться до долины, верно? Может быть, шесть, если мы будем двигаться медленно. Это означает, что мы здесь на шесть дней, а мы уже пробыли здесь четыре. Я не хочу подходить к этому слишком близко. — Я глажу его по руке. — Я просто волнуюсь.

Он бросает на меня понимающий взгляд.

— Ты не хочешь заканчивать с этим или хочешь увидеть свой новый дом?

Я смеюсь и изображаю легкость.

— Я очевидна?

Пашов улыбается мне.

— Тебе нравится содержать пещеру в порядке, а в этой полный беспорядок.

Я оглядываю переполненную маленькую пещеру. Наше снаряжение свалено в кучу в одном углу, вместе с большим количеством вещей Кемли и Боррана. Мы почти ничего не распаковали, потому что я прекрасно понимаю, что нам придется снова все это собирать и запихивать на сани. Из-за этого нам, как правило, приходится перешагивать через свертки мехов и корзины с сушеным мясом, когда мы передвигаемся по пещере.

Однако меня беспокоит не это.

Прошлой ночью, после орального секса, я заснула, свернувшись калачиком в объятиях Пашова, довольная и счастливая, и чувствуя, что моя пара вернулась. Что в моем мире все начинает возвращаться на круги своя.

Я проснулась от звуков его кошмаров.

Когда-то, пока я спала, Пашов перенес меня обратно в мои собственные меха, и я не уверена, что я чувствую по этому поводу. Часть меня думает, что это мило, что он не забыл уложить меня обратно, а часть меня разочарована тем, что он не обнимал меня всю ночь. Однако я знаю, что он просто следует моим желаниям, так что я не могу злиться. Пашов спал в соседней комнате, завернувшись в свои собственные одеяла, и дико метался.

Пашов всегда крепко спал, и его никогда не мучили кошмары. Ни разу с тех пор, как я его знаю. Однако прошлой ночью он метался и стонал в кошмарном сне, пока я его не разбудила. Он резко выпрямился, глаза расширились от ужаса, на коже выступили бисеринки пота. Когда я спросила его, в чем дело, он пробормотал что-то о том, что на него обрушилась пещера.

Затем он быстро снова заснул.

Однако после этого я не могла уснуть. Неугомонность на него не похожа.

Я беспокоюсь, что ему, в конце концов, нужен целитель. Его воспоминания не вернулись, и из-за кошмаров я боюсь, что он скрывает более глубокую черепно-мозговую травму. Или что, если у него посттравматический синдром после того, как на него обрушился потолок? Это возможно, и я чувствую себя не в состоянии помочь ему пережить что-то подобное.