Кажется, я вспотела так, как никогда до этого. Страх творит с телом странные вещи. Сердце колотится где-то в районе горла, а пальцы подрагивают.

Люк помогает мне выбраться и забирает рюкзак, за это я ему должна быть благодарна, но в голове моментально возникает мысль, а что если нам придется разделиться, я опять останусь без продовольствий. В прошлый раз после побега из Салема, я хотя бы примерно понимала, где можно раздобыть еду и воду, сейчас я совершенно слепа и дезориентирована в этом плане.

– Я сама, – говорю я и тянусь к рюкзаку.

Люк без лишних разговоров и вопросов отдает его.

– Хорошо. Когда устанешь, скажешь.

Киваю и закидываю рюкзак за спину. Осмотревшись по сторонам, вижу вокруг вертолетной площадки высокие деревья плавно, но быстро переходящие в непроходимый лес. На площадке стоят еще два вертолета, бросаю прощальный взгляд на наш и посылаю пилоту нелепую улыбку, как бы прося его не оставлять нас здесь и дождаться.

– Как понимаю, мы не первые прибывшие на Конклав? – интересуюсь я.

– Нет. Но и не последние.

Уходим с площадки, и стоит мне ступить на траву, как предчувствие чего-то катастрофически ужасного снова выглядывает из-за угла. Я параноик. Определенно. Перед глазами возникает Крис, и я практически слышу его слова, что я и должна волноваться, а еще мне необходимо слушаться Люка, тогда все будет хорошо.

– Мне что-то неспокойно, – говорю я, перешагивая камень.

– На пути нам будут встречаться хижины, их построили специально для этих походов. Главное, до наступления темноты добраться до первой. Здесь не так страшно, если знать чего ожидать.

– И чего я должна ожидать?

– Надо было рассказать тебе все это до вертолета. Здесь не водятся большие животные, могут, конечно, забрести, но это редкость. От мелких избавиться не удалось.

– А от больших как избавились?

– Капканы и отсутствие людей.

– А деревья?

– На тропе ядовитых деревьев нет, но можно встретить цветы и кустарники. Их так же легко определить по красным лепесткам.

Дорога начинает уходить вниз, стараюсь не отставать от Люка, тем более сейчас, когда он соизволил рассказать о мире немного больше, чем я уже знаю.

– Что еще мне необходимо знать?

– То, что единственно наше оружие на пути, это ножи у меня в специальных креплениях. Но их мы сдадим на переправе.

– А почему в пути нам нельзя было взять огнестрел?

– Слишком шумно. Зараженные идут на шум. Так что если видишь их, и они не нападают, то просто бесшумно удались или замри, пока они сами не уйдут. Не кричи, не создавай лишнего шума. Они воспримут это либо за угрозу, либо за приглашение.

Тут же вспоминаю встречу с животным, которое мирно ело траву, пока я не привлекла его. Это ценный урок.

– Но самые опасные зараженные хищники не нуждаются в шуме, они умны, поэтому остерегайся их, – добавляет Люк.

Мороз пробегает по коже, хотя на улице достаточно душно. Озираюсь по сторонам и стараюсь держаться еще ближе к Люку.

– Это еще что за хищники? – спрашиваю я, понижая голос до минимума.

– Люди, – коротко бросает Люк и отодвигает свисающие ветви.

– Что???

Ноги тормозят, пятки упираются, и я останавливаюсь.

– Люди? – переспрашиваю, словно мгновение назад не расслышала ответа.

Люк не сбавляет темпа, мне приходится бегом догонять его, бросив несколько напряженных взглядом среди деревьев.

– Да. Зараженные люди.

Напряжение немного отпускает меня. Стальное кольцо вокруг груди становится слабее, и я миную опасность треснувших ребер.

– Такие же, как я? – более спокойно спрашиваю я.

– Нет. Тебя мы успели спасти. Заражение не дошло до головы. Вот если бы метки заражения дошли до лица, а в глазах появился красный огонек то да, ты была бы полностью заражена. Безвозвратно.

– Погоди. Я не понимаю. И что бы тогда со мной было? Да остановись ты уже!

– Если мы будем останавливаться ради разговоров, то до темноты не дойдем до хижины.

– Так что бы со мной стало, если бы вы не спасли меня?

Догоняю Люка и теперь иду рядом, заглядывая ему в лицо. Собеседник молчит около минуты, а для меня она тянется часами.

– Человеческого в тебе осталось бы меньше, чем общество готово вынести, – отвечает Люк и бросает на меня короткий взгляд.

Несколько минут мы идем в тишине, а я даже не могу прислушаться к окружающему миру, ведь мысли слишком громкие. Я была в шаге от превращения во что-то ужасное. Но странно то, что ранее Люк не говорил о такой опасности. Он рассказывал про изменения в людях, но говорил только о Каролинах.