— Так это все-таки переворот? — решил уточнить Эдвин. — Самый настоящий?

— Очень похоже. Никаких требований не было, в один момент началось массовое побоище. Сейчас хоть чуть понятней стало — у враждебный воинов повязки, — он указал на мертвеца. — Вот такие, на руках.

Эдвин вопросительно посмотрел на Бернарда.

— Это не наша воина, — сказал он вслух.

— Даже если на нас напали? — уточнил маг.

— Вам не дадут выбраться с острова живыми, — философски заметил Крис. — Можете идти с нами, можете попытаться скрыться.

— То есть план все-таки есть? — еще раз задал вопрос помощник посла.

— Да не план это! — не выдержала Хлоя. — Мы хотим собрать побольше людей и двинуться в сторону покоев дяди Конрада. Там вместе с моим отцом собраны все верные люди. И там же их штурмует Герберт со своими сыновьями и частью гвардии.

— Зачем?

Все замолчали, и повернулись к Бернарду, который и задал вопрос.

— Зачем? — не понял Крис.

— Допустим, мы соберем еще несколько человек. Может, чуть больше. Предположим даже, дойдем без потерь до Герберта и его отряда. Дальше что? Их больше, у них больше магов. Зачем к ним прорываться?

— Кроме помощи законному королю?

— До помощи не дойдет, нас перебьют на подходе.

— Если мы соберем достаточно большой отряд, то я смогу подать сигнал графу Вернеру, он отвечает там за оборону. Мы ударим с двух сторон, разберемся с Гербертом и его сыновьями, и на этом все закончится.

— А остальные военные магическим способом сразу перестанут сражаться? — уточнил Эдвин. — Просто чтобы понимать…

— Остальные военные сейчас еще в пути к замку. И пока у нас есть шанс закончить все малой кровью, им надо воспользоваться.

— А почему тогда он не дождался подхода основных сил? — заинтересовался Бернард.

— Неизвестно, — пожал плечами Крис. — Это всего лишь мое предположение, но его могли раскрыть. Поэтому импришлось действовать раньше. Мне поручили позаботиться о Хлое, и самым надежным способом сохранить ей жизнь я вижу именно так. Конечно, шансы убраться с острова есть, но они очень небольшие. Люди Герберта должны быть в каждом порту и на каждом корабле. Вы можете попытаться, это должно быть ваше решение.

Эдвин повернулся к Бернарду.

— Что считаете?

— У Хлои может быть призрачный шанс, если она попадет на корабль с верными людьми и оторвется от преследования. У нас шансов точно нет, нам эти люди ничем не обязаны, и рисковать ради нас не станут.Скорее моряки убьют нас во сне, в надежде получить награду от нового короля.

— Ну и хорошо, — улыбнулся молодой маг. Не нравилась ему мысль бросать кого-то в беде. — Предлагаю уйти отсюда.

Они перешли на этаж ниже, точно также спрятались в комнате и принялись спорить о дальнейшем маршруте. В первую очередь, где найти еще гвардейцев.

— Снаружи никого не осталось, но в самом замке отдельные стычки еще идут, — пояснил ситуацию Крис.

— Надо проверить оружейную, — впервые подал голос гвардеец. — Внутри всегда есть десяток охраны, который мог закрыться от мятежников.

— Похоже на план, — одобрил Крис. — Далеко до нее?

До оружейной было далеко. Самый дальний угол замка, рядом с помещениями для стражи и гвардии. И это было второй проблемой. Их могли встретить вооруженные враждебные воины. Оружейная хранит в себе не только мечи и доспехи, но и зелья с артефактами.

— Я думаю, стоит пробовать, — высказал мысль Эдвин. — Если они взломали оружейную, то забрали все необходимое, и отправились на помощь к Герберту.

— А если не взломали, то мы их и встретим, — скривилась Хлоя.

— Не обязательно, — возразил маг. — Могли уйти у Герберту без артефактов. А могут продолжать ломиться… Там дверь крепкая?

Вопрос предназначался уже гвардейцу.

— Крепкая стальная дверь, с артефактной защитой от магии. Такую даже тараном не сразу выбьешь.

— Вот и решили, — улыбнулся Крис.

По замку они двигались быстро, перебежками. Во время таких остановок все превращались в слух. Иногда встречались следы боев в виде трупов стражи или слуг. Ни единого живого человека.

— Слуг-то за что? — старалась не смотреть на тела Хлоя.

Все промолчали. Хлоя еще держалась, но было видно, что первые эмоции пропадают, она больше внимания обращает на тела, и до нее начинает доходить весь ужас ситуации. До истерики оставалось недолго. Пустые коридоры, изредка встречающиеся тела, все это наводило на невеселые мысли.