— Подозреваю, что обо всем увиденном вам придется еще не раз рассказывать… ммм… определенным людям в империи.

— Как и вам. У нас посольство почти в полном составе здесь осталось. Нас будут допрашивать по полной программе. Еще и сюда наверняка кого-то отправят.

— Я не совсем об этих людях, — чуть нажал голосом Бернард, и указал на папку. — Граф Вернер передал очень интересные документы. Он никого не может обвинить сам, но если это правда, то у нас есть виновные в нападении на деревню.

— Так-так… — заинтересовался молодой маг.

— И для вас это даже хорошая новость… — продолжал наводить интригу помощник посла.

— Конечно хорошая. Если виновный найден при моем участии, то мне это обязательно зачтется, — кивнул маг.

— Помните Мартина, сына герцога?

Эдвин помнил. А как помнили его слуги…

— Есть основания подозревать, что Мартин и сын Герберта спелись. Они несколько раз встречались, и вполне могли разработать план нападения.

— Но зачем? — не понял Эдвин. — Мартин же нападает на собственную территорию.

— На земли своего отца, пока тот жив. Возможно ему не хватало содержания отца на столицу. Это лишь предположение. Вину этими бумагами не доказать, но начало положено. Есть подозреваемый и исполнитель. Дальше можно тянуть за нитку, и, как говорят следователи, распутать клубок. Если конечно, вы не разрубите этот клубок на дуэли раньше.

— Не очень и хотелось.

Молодой маг устроился на кресле поудобней.

— Вы работайте, а я немного отдохну. Обещаю, что в пути внимательно изучу все бумаги. Честное слово. Не представляете, как я рад спокойно поспать, и покинуть эти острова.

Только он ошибся, и спокойно поспать не получилось. Незадолго до рассвета на замок напали.

— А?! Что?! — вскочил с кресла Эдвин, зажег самый яркий светляк, и огляделся. Он сам не заметил, как в руке сформировал щит, а глазами искал врага. За окном раздавались крики и звон мечей. На пьяную драку звуки были не похожи.

— Не торопитесь, — ответил невозмутимый Бернард. Он сам был в просторной рубахе, таких же пижамных штанах, и босиком. — У нас будет время одеться.

Молодой маг торопливо запрыгнул в сапоги и накинул куртку. Другой подходящей одежды не было.

— Так… сейчас… вроде вот в этой…

Помощник посла бормотал и сосредоточенно обыскивал свою огромную сумку.

— Ага! — он гордо продемонстрировал легкую кольчугу. — Сколько раз она спасала мне жизнь!

— Сколько? — заинтересовался Эдвин.

Бернард замялся.

— Ни разу, по правде говоря. Когда я был в ней — меня травили, а стоило мне ее снять — тут же били ножом в спину.

— Ага… ладно. Что происходит?

Бернард переоделся в удобную одежду, нацепил кольчугу и тяжелую куртку сверху. Еще раз подошел к вещам и достал короткий пехотный меч. Пару раз взмахнул им, удовлетворенно кивнул, и спрятал в ножны.

— А почему не шпага? — удивился Эдвин.

— В коридорах удобней таким. Да и мне привычней. Теперь к вашему вопросу: я понятия не имею.

Молодой маг смутился.

— Это как?

— Я также, как и вы, спал. И точно также проснулся. Никакой уникальной информации у меня нет, но есть несколько предположений, которые скорее всего недалеки от истины.

Бернард прошел к окну.

— Погасите свет, — отдал приказ он. С человеком, который говорит таким тоном, лучше не спорить. Эдвин молча убрал светляк. Помощник посла выглянул в окно, оставаясь незамеченным снаружи. Несколько десятков секунд он стоял неподвижно, а затем отошел от окна подальше.

— Свет пока не нужен, не стоит привлекать внимание. Пока что все идет к тому, что моя версия верна. Нападающие и защитники слишком похожи, и дело пахнет, даже смердит, государственным переворотом.

— Мы должны им помочь!

— Ни в коем случае, — возразил Бернард. — Подоприте, пожалуйста, дверь, моей кроватью и все, чем получится. И засов.

Эдвин не сдвинулся с места. Помощник посла тяжело вздохнул, и принялся объяснять.

— Мы представители другой страны. Мы не можем принимать чью-то стороны. Мы на стороне империи, и отстаиваем ее интересы. И дело даже не в том, что мы откажем в помоши королю, который защищается. Или обратная ситуация: поможем ему, но он проиграет. Новый король явно не обрадуется таким послам.