– Нет.

– Простите. Прошу, располагайтесь.

Джерри прошептал Карлотте на ухо:

– Кто это, черт возьми?

Карлотта начала бледнеть, словно вот-вот упадет в обморок. Она почувствовала, что просыпается от долгого приступа истерии, который длился почти месяц. И начала впадать в депрессию. Она пыталась поймать себя, повиснуть над пустотой, что разверзлась под ней. Но Джерри все увидел. Врачей, студентов, приборы, фотографические сетки. Теперь из-под нее выбили последнюю опору. А сама Карлотта могла лишь наблюдать, как рушится мир.

– Я доктор Кули, – представилась высокая женщина в формальной одежде, – заведующая кафедрой парапсихологии Университета Западного побережья. Надеюсь, мы не слишком вам помешали. Мы здесь по приглашению миссис Моран.

Джерри пожал ее протянутую руку.

– Конечно. Делайте то, что должны, доктор Кули.

Сохраняя какое-то подобие улыбки, он повернулся к Карлотте и прошептал:

– Надень свитер, Карлотта. Уберемся из этого зверинца.

– Джерри, я не могу…

– Иди!

Карлотта подошла к шкафу, поговорила пару минут с Крафтом, который о чем-то спорил и выглядел очень расстроенным. Но она заметила, как Джерри в дверях кипит от злости, схватила свитер, и пара вышла на улицу к машине.

Рев недавно отремонтированной машины Карлотты, уносящейся подальше, заглушил гул голосов внутри дома.

«Бьюик» направился к океану. Джерри молчал. Он не знал, что сказать, как выразить чувства. И не понимал, сердился он или боялся. Время от времени он поглядывал на Карлотту. Иногда она выглядела нормально. Иногда у нее был болезненный, бледный вид, от которого Джерри становилось не по себе.

Карлотта старалась избегать его взгляда. Она отворачивалась, глядя на удаляющиеся дома.

Джерри пристроил «бьюик» к скалам, возвышающимся над пирсом, и вышел. Они зашли в рыбный ресторан. Никто так ничего и не сказал.

Внутри на стенах были развешаны морские сети, свечи отбрасывали мягкий оранжевый свет на столы, а у стойки в стеклянных витринах были разложены морские звезды. Джерри заказал им поесть, закурил сигарету, огляделся по сторонам, будто боялся, что та ужасная толпа из дома проследила за ними, а затем осторожно наклонился вперед.

– Что все это было? – тихо спросил он.

Глаза Карлотты наполнились слезами.

– Ну будет тебе, тише, – успокаивал он.

– Они пытаются помочь, – хрипло выговорила женщина.

– Помочь? Кому помочь?

– Мне.

Он оглянулся, едва веря своим ушам.

– Я не понимаю, – сказал Джерри.

Карлотта посмотрела на него. И увидела, как он отдаляется. Она будто чувствовала, что все закончится так. Не знала, конечно, что это произойдет в рыбном ресторане, но все же. Она все ему расскажет, он психанет, и на этом конец.

– Я болела, Джерри.

– Болела? В каком смысле?

– Я не спала. И ходила к врачу.

– Продолжай.

– Я видела всякое. По ночам.

Джерри побледнел. Такие разговоры его напрягали.

– В смысле кошмары.

– Вроде кошмаров.

– И ты ходила к мозгоправу?

Карлотта понимала, что увиливать уже не смысла.

– Да. К психиатру.

– И?

– И я больше к нему не хожу.

Джерри вскинул бровь. Кажется, эта фраза вызвала у него облегчение.

– Хорошо. Но как это связано с теми людьми у тебя дома?

Подошел официант с омарами и салатами, поставил их на стол и ушел. Сумерки отбрасывали бирюзовый отблеск сквозь огромное окно, выходившее на Тихий океан.

– Ответь, Карлотта.

– С психиатром мне не становилось лучше. Так что теперь мне помогают эти люди.

Казалось, Джерри обдумывал сказанное. Будто им овладели разные мысли. Внезапно он схватил вилку и со зверским аппетитом принялся есть салат.

– Хммм, – промычал он, прожевывая. – Помню, та женщина сказала, что психолог или типа того.

– Ты не злишься?

Джерри ответил не сразу.

– Какого черта я должен злиться? Ты не спала по ночам, не отдыхала.

Карлотта была поражена. Ей казалось, что он уйдет. И все же она не знала, что Джерри думал на самом деле.

– Это все появилось недавно. С тех пор, как ты уехал.

Джерри рассмеялся.

– Я знаю, почему ты не могла уснуть, – сказал он и подмигнул.

У Карлотты не было аппетита, но она нерешительно попивала вино. С Джерри она снова начала чувствовать себя как раньше. Спокойной, даже очаровательной. Ей хотелось куда-нибудь с ним пойти.