Утреннее солнце слепило и резало глаза. Осенний парк пестрил разноцветными листьями, которые неприятно шуршали под ногами. Лучше бы уж мелкий дождик зарядил. Щурься теперь.

Кристина достала свой любимый плеер, под завязку набитый мелодиями на все вкусы и случаи жизни. Телефон на тренировки она не брала: слишком громоздкий, а плеер без труда помещался в маленьком кармашке спортивных леггинсов. В беспроводных наушниках зазвучала знакомая мелодия…, и Кристина замерла. Тело застыло от ужаса воспоминаний. Ведь именно на концерт этой группы они с сестрой ходили в тот злополучный вечер. Перед глазами мелькнуло мертвое, словно вылитое из воска, лицо Марины…, и Кристина вырвала наушники из ушей.

Трясущимися руками Кристина спрятала их в кармашек леггинсов. Сегодня она обойдется без музыки. Кристина постояла еще пару минут и, наконец, собралась с духом.

– Ну что, дорогая, вперед, – тихо подбодрила она себя и медленно побежала по тропинке.

Когда-то привыкшее к тренировкам тело не желало слушаться: его давно не баловали физическими нагрузками. Сейчас оно решительно хотело вернуться в горизонтальное положение и оставаться в нем несколько месяцев. Нельзя!

Шаг, еще один. Она молодец. Через пятьсот метров в голове начало мутиться, на глаза наползала расплывчатая дымка. Кристина остановилась, уперлась ладонями в колени, голова свесилась вниз. Рваное дыхание вырывалось из горла, а щеки полыхали от прилившей к ним крови. Что с ней произошло? Раньше пять километров были для нее лишь разогревом перед тренировкой. Позорище!

Распрямилась и, похлопав себя по щекам, побежала дальше. Ватные ноги шаркали по мелкому гравию и портили подошву ее любимых, уже видавших виды, кроссовок. Тело упрямо сопротивлялось, зажившие после аварии ребра противно заныли. Рана на бедре запульсировала, левая рука с недавно заросшей трещиной на плече отказывалась подниматься.

Да чтоб тебя! Не спортсменка, а полнейшая развалина. Кристина остановилась, перевела дыхание. Она так устала, словно отпахала две тренировки подряд. Может, на сегодня достаточно? Перед глазами вспыхнул образ тренера. Неодобрительный взгляд Сан Саныча буравил Кристину насквозь, а губы сошлись в жесткую линию.

– Рогачева, хватит себя жалеть! – надрывно крикнул голос бывшего наставника в голове.

Кристина встрепенулась и по выработанной годами привычке слушать тренера побежала дальше.

Толчок правой, миллисекунды зависания, касание земли. Толчок левой… Беги, ты умеешь! Снова одна нога, вторая… В глазах мутится, рваное дыхание дерет горло, правый бок беспощадно колет. Она сейчас сдохнет!

– Рогачева, держать спину! – орет неуемный Сан Саныч в ее голове.

Кристина выпрямилась в струнку и побежала дальше. Перед глазами мелькали размытые силуэты редких прохожих и высоких деревьев. От небольшого пруда справа повеяло прохладой, до носа донесся запах прелой листвы и тины. Нырнуть бы сейчас, превратиться в водяного и коротать там свой век, спокойно полеживая на дне. Но нет. Бежит, мучает себя.

Вот и выход из парка виднеется. Может, ну его? Бросить все и потопать домой? За кованой оградой парка вдали мелькнуло белое облако, и Кристина сбилась с ритма. Удивленно моргнула. Неужели уже галлюцинации начались?! Остатки концентрации были потеряны, и правая пятка угодила на носок левой ступни. Кристину повело вперед, она отчаянно забалансировала на одной ноге и удержалась. Вот же черт! Чуть лицо себе не разбила. Еще и кроссовок потеряла.

Кристина проскакала на одной ноге и схватила потеряшку. Засунула ногу в кроссовок и присела, чтобы потуже затянуть шнурки. Готово. Подняла голову и удивленно замерла.

По тротуару шатающейся походкой брела девушка в пышном свадебном наряде. Ее воздушная фата то и дело подлетала от касаний легкого ветерка, заслоняя невесте обзор. Девушка остановилась и резко сдернула ее с головы. Взмах рукой – и фата повисла на острых пиках ограды парка. Надо же! Сбежавшая невеста.

На ее невысокой ладной фигуре идеально сидело кружевное белое платье с красиво вышитым перламутровыми бусинами корсажем. Плечи оголены, пышная грудь незнакомки вздымалась при каждом ее вздохе, норовя выскочить из декольте. Изящные руки затянуты в длинные атласные перчатки. Белокурые волосы переливались на солнце. В аккуратной прическе виднелись живые цветы.

Кристина в молчаливом ступоре беззастенчиво разглядывала невесту. До чего хороша! Просто конфетка! Горький смешок сорвался с губ. Как бы нелепо она сама сейчас выглядела в таком платье. Кожа да кости.

Мысли снова вернулись к странной девушке. Интересно, что у нее случилось? Почему на лице незнакомки застыла отрешенность? Куда она бредет одна-одинешенька? Забытое за последние месяцы любопытство подняло голову и заставило Кристину двинуться в сторону невесты.

До перехода дошли одновременно. На светофоре через трехполосную дорогу горел красный свет. Кристина замерла на краешке тротуара, искоса рассматривая загадочную девушку. Та невидящим взором смотрела вперед. Куда она уставилась? Кристина проследила за ее взглядом и заметила едва видную, переливающуюся голубым поверхность, зависшую над дорогой. Неужели мираж? Или все-таки глюки? Надо бы почитать о побочных эффектах таблеточек…

Невеста вдруг резко дернулась и, не глядя по сторонам, шагнула на проезжую часть, чудом не врезавшись в пролетевшую мимо машину. Что она творит?! В глазах Кристины потемнело, обжигающе ледяной ужас сковал тело. Перед внутренним взором замелькали картинки произошедшего сорок пять дней назад.

Резкий гудок автомобиля, визг тормозов и удар. Короткий миг полета – и боль огненным потоком заполняет тело. Горячая кровь застилает глаза, и Кристина стирает ее разодранной об асфальт ладонью. Взгляд на сестру. Жива. На ней ни капли крови.