В ответ - по местной, хорошо слышимой связи - раздался ревущий мат: чтобы срочно, чтобы без рассуждений, мать вашу перемать!

Сенчук с сочувственным видом смотрел на мизантропа, в чьей дрожащей руке хлопала по явно покрасневшему уху телефонная трубка.

Получив подтверждение в правильности резолюции, мизантроп, не глядя в сторону просителя, сказал каким-то неуверенным, жиденьким голосом:

– У вас, оказывается, серьезный морской опыт... Я не сразу понял...

– Да что там!
– простодушно поддакнул Сенчук.
– В наше лихолетье локатор держать надо востро! Вообще все антенны из себя выпустить! Любой бандит в капитаны может пролезть, а капитану и в паромщики не попасть! Вчера одного профессора видел, искусствоведа, сосисками на рынке торгует... Срамота!

– Предписание будет готово через час, - стесненно кашлянув, молвил мизантроп.
– Да, кстати! Вы не знакомы с начальником экспедиции? Он тоже будет здесь через час.
– Повернулся к прокисшему коллеге: - Пропуск ему заказал?

– Геннадий заказал. И ему, и переводчику, - донесся бескислородный ответ.

– Начальник экспедиции - пакистанец, - продолжил кадровик недовольным голосом.
– Судно арендовано Гринписом. Предстоящая задача вам известна?

– Наше дело - рулить, - простецки отозвался Сенчук.

– Понятно...

– С капитаном вот большая проблема, - подал голос контуженный бюрократическим бытием грустный человек.
– Прежнего на днях убили.

– Да я ж его знал!
– воскликнул Сенчук.
– Прямолинейный был старик, душа общества и корабля в целом!

– Вот и прикончили душу общества, - проскрипел унылый не без злорадства.

– Кто?!

– Шпана, вероятно, - покривился мизантроп.
– Пырнули ножом в подъезде, взяли бумажник, ключи от машины... Машину угнали. Главное - машина-то старая, никому не нужна! Наверняка малолетки накуролесили!

– Их почерк, - глубокомысленно согласился Сенчук.
– Что за жизнь пошла! Только головой и крути, разминай остеохондроз...

Через час он встретился с руководителем экспедиции - невзрачным молчаливым человечком в скромном костюмчике, с телосложением подростка и росточком, как определил про себя Сенчук, чуть выше сидящего кобеля. Голову будущего шефа украшала розовая чалма, похожая на ком сахарной ваты. Данный головной убор бесспорно указывал на принадлежность его носителя к последовательным приверженцам ислама.

Пакистанца сопровождал помощник-переводчик - мужчина лет сорока, с глубоко загорелым под тропическим явно солнцем лицом.

– Кальянраман, - представился восточный человек, тускло глядя на Сенчука безразличными, как у обкурившегося наркомана, глазами.

Ладонь его, как обнаружилось при рукопожатии, была иссохшей и вялой.

"Вобла с пересолом и та краше", - подумал Сенчук, почтительно наклоняя голову.

Переводчика-помощника звали Владимир Крохин.

Кадровики предоставили им крохотный пустующий кабинетик, где будущего старпома ознакомили с маршрутом экспедиционного судна: из Санкт-Петербурга "Скрябин" должен был проследовать в Норвежское море к координатам 73-43' 47'' северной широты и 13-15'54'' восточной долготы на место гибели АПЛ "Комсомолец", откуда, проведя необходимые научные мероприятия, предстояло переместиться к Бермудским островам, к АПЛ "К-219". После этого этапа экспедиции "Скрябин" швартовался в Нью-Йорке, команда отдыхала и готовилась к возвращению в порт приписки с попутным коммерческим грузом.

Сенчук, не преминувший заметить, что плавал на "Скрябине" не один год и знает судно досконально, беседу вел крайне корректно и доброжелательно, с обескураженностью, впрочем, отмечая, что никаких сколь-нибудь эмоциональных ответных реакций со стороны невозмутимого, как каменный истукан, мусульманина, не поступает, а помощник его, напротив, испытывает явное почтение к старому морскому волку, покладисто и предупредительно воспринимающему указания сухопутных дилетантов.

Глядя на Крохина, Сенчук размышлял: "С этим молодчиком забот не будет, он по случаю в колоду "шестеркой" втесался, пускай и козырной... Мозги ему заметелю, что твоя цыганка мнительной барышне, через неделю скажу: раскрой рот, я тебе туда плюну - раскроет..."

– Простите, - вступила в разговор "шестерка", - если я правильно понимаю, то вы, Георгий Романович, хорошо знаете и администрацию порта, и таможенную службу?..

– Вопрос о содействии?
– понятливо вскинул голову Сенчук.
– Решим!

– Ну да...
– вяло продолжил Крохин.
– Вдруг всякие там проволочки...

"А вот уже пошла темнота!" - подумал Сенчук.

Очередную встречу назначили через два дня в офисе представляемой пакистанцем компании.

Явившись в офис, Сенчук был приглашен в один из кабинетов, где за столом сидел мужчина, одетый в дорогой итальянский костюм.

Заколка с бриллиантом в галстуке, "Роллекс", золотые запонки... Крепкая шея, сразу же переходящая в затылок, жесткое лицо, волчьи глаза, безукоризненная прическа...

– Вот, - услужливо произнес Крохин.
– Познакомьтесь.
– И торопливо кабинет покинул.

– Игорь, - сказал мужчина, протянув Сенчуку руку - уверенную и сильную. Затем, взяв с вешалки модное пальто, набросил его на плечи, сухо продолжив: Поехали, пожалуй, время обеденное, надо перекусить, отметить знакомство... Не возражаете?