Не только из-за Деймона я это сказала, но и из-за себя. Я настолько измотана за последнее время, что сама опасаюсь попасть под истерику Охры и свихнуться в конец.

Няня утирает слезы и подходит к Дейлу, тот отдает ей Деймона.

– Дейл, что нам теперь делать? – спрашиваю я, уже не крича, ведь звук сирены в подвале куда тише, чем был в доме.

– Я пойду наверх, а вы будете здесь, – говорит он и достает рацию, пытается выйти на разные каналы, в ответ только монотонное шипение.

Достаю свою рацию, но голос Охры отвлекает меня от проверки связи:

– Они снова сбили вышку, – шепчет она и трясущейся рукой прижимает к себе голову Деймона, нежный и материнский жест. – Такое было уже. Лет восемь назад.

Без связи мы как без рук. У нас не будет возможности скоординировать действия и, по сути, каждая группа будет сама по себе. Это плохо.

– Действительно, наши рации настроены на определенную частоту, так Крис говорил, – рассуждая бубнит Дейл.

– Дейл, где вышка? – спрашиваю я.

– В центре города, – сообщает он и тут же бросается к ступеням.

Дейл исчезает так быстро, что я даже окликнуть его не успеваю, крышка с громким бряком опускается на место.

Когда мы с Охрой и Деймоном остаемся одни, няня снова говорит:

– Вышку специально перенести в центр после того, как ее сбили в прошлый раз. Мистер Куин заверял, что никто и никогда не доберется до центра Салема. Он обещал.

Мой отец уже давно мертв, да и его словам верить не стоит. До этого момента я даже не задумывалась, как местные относились к нему? В папке написано одно, я помню его другим.

Да плевать на него. Этот человек не стоит, чтобы я о нем думала и пыталась понять.

Переключаюсь на настоящее. Что мы имеем? В наличии у нас есть только пистолет и две запасные обоймы. Из оружия больше ничего нет, ну может быть разломать стул и воспользоваться ножкой, но это равно самоубийству.

Расхаживая из стороны в сторону, пытаюсь понять, что мне делать дальше. Закрытое пространство начинает давить, паника волнами возрастает от каждого звука проклятой сирены.

А она все орет и орет.

Воет и воет.

Изредка слышны звуки выстрелов.

А я тем временем прячусь.

Я – глава города – прячусь в подвале, как крыса, пока мои люди погибают там. Эта мысль прицепилась ко мне настолько крепко, что я больше не могу от нее отмахнуться. С каждым шагом, она все сильнее впитывается в кровь и разносится по венам, подобно заражению.

Если отодвинуть в сторону ужасы нападения, то оно может сыграть мне на руку, но только в том случае если я выйду отсюда и буду помогать местным. Я сильнее многих из них, у большинства нет оружия и навыков выживания. Крис забрал с собой часть обученных людей, некоторые из оставшихся точно пострадали.

Черт!

Подхожу к Охре и присаживаюсь перед ней на корточки.

– Ни в коем случае не выходи отсюда, – говорю я, пристально смотря в ее испуганные глаза.

Она хватает меня за руку, пальцы впиваются так, что там точно останутся синяки.

– Нет. Ты же не пойдешь туда? – спрашивает девушка дрожащим голосом.

В этот момент до нас доносится истошный мужской крик и грохот. Скорее всего это прямо рядом с домом, а может быть, и внутри.

– Я должна туда пойти.

– Не должна.

– Это мой город.

– Мистер Куин никогда не участвовал в опасных…

– Тогда я тем более должна быть там, а не здесь.

Слова Охры подействовали на меня сильнее, чем мысли, которые я гоняла до этого. Я не хочу быть похожей на отца и не стану прятаться. Если бы я была обычным гражданином, то обязательно бы спряталась так, что меня бы потом еще неделю не могли найти. Но я не обычная местная девушка.

– Будь здесь, – повторяю я. – Смотри за Деймоном и не выходи, пока я не вернусь.

– А если ты не вернешься?

– Вернусь.

Отрываю от себя пальцы Охры, провожу рукой по спине уснувшего мальчика и выпрямляюсь в полный рост.

– Не уходи, – просит девушка, но я уже поднимаюсь по ступеням.

Приоткрываю крышку подвала и выглядываю в щель, не замечаю опасности и выбираюсь. Сжимаю пистолет двумя руками и медленно иду по первому этажу. Сирена продолжает выть, выстрелы разносятся вдалеке. Выхожу из дома и останавливаюсь на пороге. На улице еще не сильно темно, и это дает возможность рассмотреть, что происходит там, куда я собираюсь идти. Решаю забраться повыше.