Вот только подыхать я здесь не собираюсь.

Прикрывшись убитым дегенератом, смещаюсь так, чтобы под основной удар попало либо его мертвое тело, либо мой адамантиевый протез. Труп предателя Империума трясется от многочисленных попаданий и клочки кожи летят во все стороны вперемешку с брызгами крови и кусочками плоти, но… М-мать!

В тот самый момент, когда я уже начал думать что пронесло — пара «свинцовых пчел» пробивает мой импровизированный щит: одна пуля вскользь задевает ногу, что не страшно, а вот вторая прошивает покойника навылет и жадно впивается в мою руку чуть ниже плеча.

Уперлась в кость, но её не пробила. И непонятно кого в этом винить — то ли артефакт Зоны, сделавшего из Моржика копию суперсолдата, то ли дерьмовых оружейников, не способных собрать нормальную винтовку, то ли дохлого мятежника, что отъел себе ряху до такой степени, что его дохлые телеса приняли на себя основной удар.

Хотя сейчас это уже неважно — настало время заходить с козырей.

Небольшого волевого усилия оказывается достаточно, чтобы встроенный в киберглаз излучатель пришел в действие и яркий, багрово-красный луч с гулом прорезает воздух. Испарив потрепанную черепушку «не совсем живого щита», поток разрушительной энергии проносится по коридору, проходя сквозь одетых во флак-броню людей, словно раскаленный нож сквозь масло: одного движения головы оказывается достаточно, чтобы в прямом смысле перечеркнуть жизни всей пятерки фанатиков — кибернетический лазер разрезал их вместе с броней, вообще не заметив сопротивления и я остаюсь единственным выжившим в компании не шибко активных покойников.

Ху-у-ух… Что-то я от этой беготни малость запыхался.

Нет, так-то установленная Кейблом пушка — реально пушка, но походу с мощностью луча Моржик малеха переборщил, потому как чувствую я себя так, будто всю ночь разгружал фуры с арбузами под непрерывным огнем вражеской артиллерии. И к слову о ней…

Перезаряжая на ходу трофейный обрез, подбираюсь к парадному входу первого этажа и оценив обстановку, облегченно выдыхаю: никакой татаро-монгольской орды до горизонта вокруг барака нет и стоит лишь одинокий броневик со стоящей на нем автопушкой, обслуга которой сейчас меняет опустевший короб своего орудия.

Бинго!

Перекинув обрез в жиую руку… И недовольно поморщившись от резкой боли в простреленной конечности, трансформирую свой протез в спаренную двуствольную пушку и промелькнувший в воздухе ярко-голубой заряд с грохотом разрывается в бочине вражеской машины, превращая её в груду разлетевшегося по округе металлолома.

Жаль светить ручную пушку, но заряды в ней у меня постепенно восстанавливаются, а вот новые гранаты в рюкзаке сами собой не появляются. Да и не факт, что та же крак-граната её с первого раза взяла бы — местные инженеры работают по принципу «броней машину не испортишь» и толщина обшивки у броневика даже навскидку не сильно уступает танковой в моем родном мире.

— Во имя Бога-Императора! — Громыхая сапогами по бетону, спешащий мне на помощь арбитратор спустился с лестницы и оглядев перебитых мятежников и уставился на меня недоверчивым взглядом. — Взвод пехоты с бронетехникой и меньше, чем за минуту! Морг… Ты точно охотник за головами, а не кадианский каср’кин?!

— Ну-у-у… — Мда-а-а, перегнул немного палку. Привык работать с полной самоотдачей и не учел, что для местных суперсолдаты и качественная аугментика — редкость похлеще фильтрованной водяры. Так-то большая часть Империума воюет достаточно х*рово и как правило «г*вном и палками» — при таких раскладах наличие высокотехнологичных игрушек у головореза из Подулья не может не вызывать подозрения у знающих людей. А умение этими приблудами пользоваться — только расширяет список неудобных вопросов, на которые Моржику совершенно не хочется отвечать.

Ладно, попробуем отбрехаться.

— Когда-то я служил в Силах Планетарной Обороны…

— Где?! На Армагеддоне?! — Судя по тому, что глаз Френсиса стал дергаться еще сильнее, чем раньше — оправдание у меня вышло так себе. — Да если бы у нас СПО-шники так сражались, люди бы уже давно перебили всех врагов в галактике!

— Слушай, начальник… Что ты как баба разнылся, в самом деле? — Убрав обрез за пояс и трансформировав бионический протез обратно в руку, достаю из подсумка нож с длинным узким лезвием и обработав его лазером из киберглаза на минимальной мощности, вытаскиваю из руки застрявшую в ней пулю. Ковыряться в ране раскаленной заточкой п*здец как больно, но морду держу кирпичом — как-никак перед нанимателем стою и раз отговорка с местными зольдами не прокатила, пусть считает меня внебрачным сыном Чака Норриса. — Тебя вон, сопящий в обе дырки культист дожидается. Вяжи его и валим к твоей колымаге — скоро эти ребята просекут, что мы порвали засадный отряд на лоскуты и пришлют подкрепление. А патроны с батарейкой у меня не бесконечные.

Арбитратор хотел что-то на это ответить, однако вокс-рация на его поясе издала громкий писк и пока в голос матерящийся Френсис разбирается с устройством, у Моржика есть время чтобы достать пару чистых бинтов с флягой спирта и заняться своими ранами. Так-то эти царапины мне не особо мешают, но пачкать все вокруг кровью не шибко хочется. Да и заразу какую-нибудь подцепить можно, а проверять, насколько сильно артефакт из Зоны Отчуждения укрепил мою тушку лучше в лабораторных условиях и без риска для собственной шкуры.

— Прорыв к машине отменяется — только что кто-то вскрыл её и попытался залезть в бортовой когитатор, чем привел в действие механизм самоликвидации. — Подтверждая слова полицая где-то вдалеке раздается оглушительный взрыв, вслед за которым над поселением восставших работяг поднимается небольшой оранжевый грибок. Мля-я-я… Мы что, на ядерной мини-бомбе сюда приехали? — Система защиты у транспорта Адептус Арбитрес серьезная и случайным совпадением это быть не может — вероятнее всего убитые нами предатели Империума были далеко не единственным отрядом мятежников.