— Пойдем? — задаю вопрос я.

— Пойдем, — кивает девушка, слегка улыбается уголками губ. В ее словах слышна такая уверенность, что я перестаю что-либо понимать.

Мы вдвоем входим в лифт, и я нажимаю кнопку нужного этажа. Даша легонько задевает меня плечом.

— Стало легче? — усмехается она. И в этот момент меня почему-то пробирает на истерический смех. Все переживания, страхи, обиды и недосказанность отпускают меня разом.

— Намного, — успокоившись, отвечаю я.

— А я тебе говорила, нужно просто поговорить, — она снова задевает меня локтем.

— Но я выбрал не то место и, не то время, — улыбаясь, произношу я. — Да, и особо не говорил. Больше высказывался.

— Марк, а ты помнишь, что я тебе сказала пару часов назад? — Даша заглядывает мне в лицо.

— Нужного момента никогда не будет.

— То-то же.

Мы заходим в квартиру, сбросив с себя обувь и верхнюю одежду.

— Может выключим свет и включим подсветку? — предлагаю я, стоя возле высокого стола.

— Давай, — соглашается Даша. — Рядом с раковиной кнопка, а я пока включу гирлянду и елку.

Девушка включает телевизор, убавляя звук, а я достаю из холодильника пиццу, сок, готовый салат и немного нарезанной колбасы и сыра.

— Очень даже неплохой стол, — говорю я, смотря на продукты. — Ты как знала.

— Я просто купила на случай, если кто-нибудь захочет прийти в гости и мне будет, чем накормить, — она смущенно улыбается, доставая с верхней полки два небольших стакана. В этот момент ее платье слегка задирается, открывая вид на ягодицы. Горячо.

Я делаю пару шагов, сокращая дистанцию, и подхожу сзади.

— Спасибо, что поехала со мной, — я чувствую, как она вздрагивает, когда шепчу ей на ухо.

— Пожалуйста. Зачем еще нужны друзья? — шепчет девушка, нервно сглатывая.

— Друзья? — я приподнимаю бровь, нежно разворачивая ее лицом к себе. — Разве друзья хотят поцеловать друг друга?

Даша молчит, откровенно смотря на меня своими глазами. Я кладу свои ладони ей на талию и слегка притягиваю к себе. Она не сопротивляется и не вырывается, только прикусывает нижнюю губу. По телевизору начинается отсчет курантов, но нам настолько все равно, что мы не обращаем на это внимание.

— Если ты против, то скажи мне и я остановлюсь, — я наклоняюсь, шепча слова почти в самые губы. Даша еле заметно улыбается и закрывает глаза. Мне этого хватает, чтобы потерять голову. Момент становится таким интимным, мне не верится, что это происходит на самом деле. Аромат ее губ никогда еще не казался мне таким сладким, как в это мгновение и когда бой курантов прекращается, свидетельствующий о наступлении нового года, звук бьющегося сердца оглушает меня, и я прижимаюсь губами к губам Даши.

Сначала я целую нежно и медленно, боясь спугнуть, но потом, когда я чувствую ладони девушки на своей талии, перестаю себя контролировать. Кладу руку ей на затылок и углубляю поцелуй. Он выходит таким ярким и страстным, что наше дыхание сбивается, и я издаю стон.

— С Новым годом! — я нехотя отрываюсь от губ девушки. Мне нужно остановиться.

— С Новым годом! — отвечает она, с блестящими глазами полными желанием. Я ни с чем не спутаю этот взгляд.

Нет. Нет. Нет.

Как бы я до скрипа в кости не хотел эту девушку. Я должен держать себя в руках.

— Марк? — тихим, но уверенным голосом зовет она.

— М-м-м?

— А ты можешь поцеловать меня еще раз? — от ее вопроса я нервно сглатываю.

— Я бы с удовольствием, но мы не должны продолжать, — произношу я, заправляя прядь ее волос за ухо. — Я и так позволил себе больше, чем мог.

— Но почему? — она озадаченно смотрит на меня.

— Потому что… — я провожу рукой по ее мягкой коже лица и слегка поднимаю подбородок, заставляя встретиться взглядами. — Потому что если я тебя сейчас поцелую, то не смогу остановиться, а ты еще не готова.

— Но я не хочу останавливаться, — я едва слышу, что она говорит.

— Что ты сказала? — я пытаюсь разглядеть прежнюю Дашу, но от той девчонки не осталось и следа. Передо мной стоит уверенная и знающая, чего хочет девушка.

— Я не хочу, чтобы мы останавливались, — меня накрывает такое чувство, будто на меня только что сбросили бомбу. Я вижу страсть и желание в глазах Даши.

— Я не хочу, чтобы ты потом пожелала, — предпринимаю я еще одну попытку.

— А давай ты не будешь решать за меня, — по-доброму усмехается она и сама прижимается ко мне губами, вставая на носочки.