И этого оказывается достаточно, чтобы спустить всех бесов внутри меня. Я обнимаю ее за талию и ближе прижимаю к себе. Когда она издает сладкий стон, я окончательно теряю голову, убеждая себя, что сделаю все возможное и невозможное, чтобы Даша об этом не пожалела.

Все, что было раньше, не идет ни в какое сравнение с тем, что происходит сейчас. Сам того не понимая, я тянулся к Даше. Каждая ее улыбка пробуждала во мне чувства, о которых я даже не подозревал. Это было больше, чем просто влечение, я ощущал, что она создана именно для меня. У меня не было выбора, и я влюбился.

Черт возьми, я влюбился.

Я хочу быть рядом с ней, видеть ее улыбку и слышать ее смех. Хочу стать ее опорой в трудные времена и разделять с ней радостные моменты.

Мои руки блуждают по ее телу, откликаясь на каждое мое новое прикосновение. Я расстегиваю ремень и пуговицы на ее платье, и оно без труда падает на пол. Ее фигура — это лучшее, что я видел в своей жизни. Гладкая и бархатистая кожа, тонкие линии изгибов. Она такая маленькая и хрупкая, но все, что нужно, все при ней. Даша дрожащими пальцами расстегивает пуговицы на моей рубашке, помогая избавится от нее. Следом летят штаны.

Мы целуемся глубоко и страстно, выплескивая все накопившиеся эмоции и пытаясь найти ответы в друг друге. Я еще сильнее прижимаю ее тело к себе. Даша обнимает меня за шею, царапая и кусая. Никогда бы не подумал, что она может быть такой открытой, яркой и смелой.

— Я уже не смогу остановится, — рычу я у самых губ.

— И не нужно, — она улыбается мне в губы.

Запинаясь, мы со скоростью света оказываемся на кровати. Освободившись от остатков одежды, я нависаю сверху, нежно целуя шею и грудь девушки.

За окном грохочут салюты, в квартире слышны стоны, а в груди — счастливый стук сердца. Со взглядом полным желания, я смотрю на девушку и наслаждаюсь каждым миллиметром ее тела, надеясь дотронутся до ее сердца и души.

Я открываю глаза от постороннего и пронизывающего звука вибрации.

— Да, чтоб вас, — ворчу я, привставая, но резко останавливаюсь, когда замечаю на своей груди голую девушку. Дашка. На лице вмиг появляется дурацкая и счастливая улыбка.

— Ты тоже это слышишь? — не открывая глаза, спрашивает она.

— Да.

— Сходишь? — она открывает глаза и поднимает голову на меня, пытаясь спрятать улыбку.

— Но я голый.

— Я вообще-то тоже, — смеется она, и я прижимаю ее крепче к себе, не желая отпускать. — Марк, сходи, пожалуйста, за телефоном.

Вот как отказать ей, когда она таким сладким голосом произносит мое имя?

— Иду, — подобрав трусы с пола и надев на себя, я слезаю с кровати и бреду в прихожую. Поняв, что телефон вибрирует в сумке Даши, я хватаю ее и тащу с собой. — Это твой.

— Мой? — она удивляется, присаживаясь на кровать и поднимая одеяло повыше.

— Да, — я пожимаю плечами, садясь рядом. — Я вообще не помню, где свой телефон оставил.

Пока Даша роется в сумке, ее сотовый перестает издавать звуки и в квартире наконец-то наступает долгожданная тишина. Но ненадолго. Как только она его находит, экран вновь загорается и телефон снова начинает вибрировать.

— Почему ты не берешь трубку? — издаю усталый стон.

— Незнакомый номер, — тихо отвечает она.

— Давай я возьму? — предлагаю я, желая избавится от посторонних звуков, но Даша сама нажимает кнопку и прикладывает телефон к уху.

— Алло, — неуверенно говорит девушка. В трубке разносится быстрый женский голос, и Даша переводит взгляд на меня. — Здравствуйте, София Леонидовна.

Мама?

Я недовольно хмурю брови. Даша неуверенно, но все еще смотря мне в глаза, убирает от уха телефон и ставит на громкую связь.

— Дашенька, ты не знаешь, где Марк? — слышу я взволнованный голос матери. — Мы не можем его найти. Он оставил телефон дома, и мы место себе не находим. После его отъезда Дима целый вечер просидел один в своих мыслях, подпустив к себе только твоего отца. Мне бы знать, что с моим сыном все хорошо.

Даш внимательно изучает мое лицо. Последствия вчерашнего инцидента настигают меня. Я знаю, что не должен был уезжать и портить всем праздник, но эмоции оказались сильнее. Медленно киваю, дав понять, что она может говорить все, как есть.

— София Леонидовна, Марк сейчас со мной, — говорит она успокаивающим голосом. — С ним все в порядке.

— Да? — она облегченно выдыхает.

— Да.

— А ты можешь дать ему трубку? — с надеждой в голосе просит родительница. Даша смотрит на меня такими жалостными глазами, я невольно улыбаюсь. И когда она стала на меня так правильно действовать?