Потом иностранец Лоу при всех говорит, нагло так, что взрыв локомотива — это наш недосмотр, и что у наших людей руки кривые. А локомотив английской работы — ни при чём. Инженер Краевский, опять же при всех, требует повторной экспертизы и посылает наглеца Лоу по известному адресу. Лоу обзывает инженера лжецом. Я вызываю Лоу на дуэль.

И вот — Джеймс Лоу помер, не успел я до него добраться. Инженер Краевский его убивает, бросается в реку и тонет. Перед этим признавшись, что ректор Лобановский — его наставник — велел ему замять дело о диверсии. Ректор что-то знает и велит ему молчать.

И вот Лобановский тоже мёртвый. Сюрприз, ёлки зелёные!

Да, прав надворный советник Сурков — людишки мрут как мухи… Внезапно.

— Господин капитан, не смейте ничего брать со стола! — резко сказал пожилой сыщик. — Посторонних попрошу покинуть помещение! Господин Сурков, уж вы-то должны знать.

Сурков надулся, говорит, важно так:

— Мне, Иван Дмитриевич, дозволение не нужно. Имею право находиться. А господин капитан за компанию со мной.

— И всё же попрошу не путаться под ногами и не мешать следствию, — твёрдо сказал пожилой.

Сурков нахмурился, но спорить не стал. Видно, чин у пожилого сыщика не меньше, чем у Суркова. А может, и побольше.

Эх, думаю, погонят меня сейчас отсюда, а я ведь только что ниточку нащупал. Думал ведь, что всё — потерял след. Когда инженер в речку плюхнулся. Когда труп англичанина Лоу исчез, даже улик не осталось.

Нет, господа полицейские сыщики. Никуда офицер Найдёнов теперь не уйдёт, даже не надейтесь.

— Прошу прощения, — говорю, — имею право находиться не меньше, чем господин Сурков. Он по своей части, а я — по своей. Дело это представляет государственный интерес.

Пожилой сыщик удивился. Сурков повернулся ко мне, моргает. Не ожидал такого.

— Позвольте спросить, господин капитан, вы от кого здесь? — спрашивает пожилой сыщик. — А государеву службу мы все исполняем, в меру своего усердия.

— Позвольте представиться — Дмитрий Найдёнов. Нахожусь в личном подчинении князя Васильчикова, Андрея Михайловича. Так что простите, но уйти не могу — служба.

Все на меня уставились, даже доктор забыл застегнуть свой чемоданчик.

Сурков сразу мрачный стал. Ясное дело - думал, он главный надо мной, а вышло наоборот. Князь Васильчиков — это вам не кот чихнул. Сурков ведь на особую канцелярию работает, а главный над ней кто? Правильно, князь Васильчиков. Особа, приближённая к государю. Так что я, выходит, выше Суркова. Не по званию - по положению.

Пожилой сыщик спрашивает:

– Так что же, князь вас лично сюда прислал?

Ну, мне что терять, и так уже по самые уши. Кивнул я, отвечаю:

– С высочайшего соизволения.

И глазами на потолок показал, типа, государь одобрил, собственной персоной. Ещё перстень алмазный, что мне от государя вручили, повернул камнем вверх. Чтоб виднее было.

Ну а чего зря время терять. Эльфов у сыскарей нет, гоблинов тоже. Следы искать некому. Разве что мне. Зря, что ли, я недавно в гостинице жулика-администратора влёгкую прижал? Пакетик с травкой у него в кармане нашёл, как экстрасенс или фокусник какой. Ясное дело, я не фокусник, но Дар оказался полезный. Или это не Дар действует, а талисман у меня на шее, от Иллариэль? Ну так всё равно польза.

Хотя, если бы я не загасил этим своим даром мирные обереги, девушка моя, танцовщица, была бы жива… эх. Но что теперь.

Ведь сейчас что будет? Скажут — дело ясное. Подлец ректор нечист на руку оказался. Взятки брал, грязными делишками не брезговал. Вот его совесть и замучила. Всё ж таки благородный человек, сам руки на себя наложил. Вон, и записка предсмертная имеется. Дело закрыто, все свободны.

Огляделся я вокруг, заметил кое что. Полицейские сыщики как следует обыск производить не стали, дело-то ясное. Записку нашли предсмертную и обрадовались.

А я вижу, огонёк в ящике стола светится. И ещё парочка — на стене, где картина висит. Амулеты, обереги, как их там, короче — камушки зачарованные.

Две штуки как раз под картиной. Там девочка нарисована, сидит за столом, на столе яблоки и ножик для фруктов. Красивая картина. И девчонка вроде знакомая. Да это же дочка ректора, что мы на лестнице встретили! Только здесь, на картине, она мелкая ещё.

Открываю ящик стола, где один огонёк, достаю ключ. Ключ с брелком - бусиной на цепочке. Амулет.