— Почему этот Симон так спокоен? — прошептал Ванорз. — Они же явно справятся с этими двумя волками, а он не атакует и компаньона своего в бой не пускает…

Тем временем оба волка с феноменальной прыткостью отскочили от своих противников и предприняли новую атаку в прыжке, но теперь они изменили цели. Второй бросился на Чапая, не ожидавшего нападения с этой стороны, и на сей раз парень не успел подставить щит. Когти монстра зазвенели о кольчугу, и полоска жизни игрока немного уменьшилась. Из ответных ударов лишь один достиг цели.

А первый лютоволк налетел на неготового к атаке мужика с косой и полоснул его по спине. Новый крик боли и ругань огласили окрестности. Ответный выпад был настолько неуклюжим, что я даже невольно поморщился. Один из мужиков помог подняться раненому. Его рубаха заливала кровь, лицо побелело, он едва держался на ногах, бестолково сжимая топор обеими руками. Трое остальных попытались вразнобой ударить монстров, но промахнулись.

Волки продолжали свою тактику нападения: они стремительно наскакивали, то и дело меняя цели атак, затем столь же быстро отходили и снова налетали. Мужиков такие манёвры сбивали с толку, вынуждали их мазать, и вскоре почти все они были ранены. Более-менее успешно огрызался лишь Чапай, но он не мог поспеть везде и тоже зачастую промахивался. Удачным прыжком весь залитый кровью лютоволк опрокинул мужика, который имел самые тяжёлые ранения из всех, его лапы замолотили по телу, и крики крестьянина превратились в хрип — похоже, один из ударов задел ему горло. Красная полоска жизни ещё не полностью опустошилась, но таяла с каждой секундой, было понятно, что он уже не жилец.

Чапай взревел и провёл серию точных ударов по терзавшему мужика монстру, одним из которых рассёк зверю глаз, а последовавшие за этим удары крестьян добили зверя, который тяжело свалился прямо на умирающего.

— Отлично! — воскликнул Симон и свистнул. Израненный лютоволк тут же отпрыгнул от мужиков и попятился, прижимаясь к земле и рыча. — Один — один, вы хорошо сражались!

— Мерзавец! — заорал Чапай. — Немедленно отпусти детей!

Белая вспышка прервала перепалку, и позади Симона появился Янсен.

— Что тут происходит?! — с ходу рявкнул он.

— Спасатели… — пожал плечами эльф. — Скорее всего, из ближайшей деревни, — говорил Симон с пренебрежением и комично растягивая слова. — Но с ними игрок, — добавил он уже вполне серьёзно.

Янсен окинул взором поле боя, его холодные расчётливые глаза цепко выхватывали все детали, и я даже ненароком сжался и задержал дыхание — на секунду мне показалось, что он может нас заметить. Эльф схватил одной рукой большой амулет Оума на груди, шагнул вперёд и приказал:

— Бросить оружие, стоять смирно и молчать!

Мужики тут же побросали свои косы и топоры и попытались вытянуться в струнку. Чапай с недоумением посмотрел на них, бросил гневный взгляд на Янсена, затем на свою руку, потянувшуюся в сторону, а потом его лицо и вовсе перекосилось, потому что пальцы вдруг разжались и меч упал на траву.

— Он клирик, — с тревогой прошептал Ванорз. — Приплыли… И ты заметил, что их ники красные — их клан однозначно на светлой стороне.

Тем временем Янсен повернулся к товарищу.

— Я заберу детей и двух крестьян, — заговорил он приказным тоном. — Ты отправь своего Цварта к стае, пусть отведёт её в нужное место. Пора менять дислокацию, здесь мы уже достаточно засветились. Посмотри оставшихся мужиков, слишком увечные нам не нужны.

— Что будем делать с игроком? — Симон кивнул в сторону Чапая.

— Не вздумай его грохнуть, — тихо ответил Янсен. — Завтра наденем на него рабский ошейник и я продам его в столицу.

— Отпустите детей, негодяи! — через силу крикнул Чапай, оба игрока с удивлением обернулись к нему.

— Силён! — с восторгом рассмеялся Симон, Янсен же нахмурился, его рука начертала в воздухе знак, и Чапай с хрипом боли пошатнулся и опустился на одно колено.

— Ты и ты, — указал клирик на двух наименее раненых мужиков. — Подойдите к детям и возьмите их за руки.

Крестьяне подчинились, один из них зашагал быстрее и воскликнул: «Руз!», после чего зашипел от боли, схватился за голову и упал на колени.

— Ты что себе позволяешь? — с угрозой спросил у него подошедший Янсен. — Или мне оставить тебя здесь, на съедение волкам? Встал и взял дочку за руку!

Мужик с трудом поднялся и выполнил приказ. Его лицо было белым как мел, а губы шевелились, но до нас не доносилось ни звука. Янсен прочитал заклинание и исчез во вспышке вместе с детьми и крестьянами.

— Нужно что-то делать, — шёпот Ванорза дрожал от гнева.

— Сидите тихо, — у меня созрел определённый план. — Атакуйте, только если меня заметят.

У меня оставалась последняя ячейка заклинаний четвёртого уровня. Я отодвинулся от кустов и стал шёпотом читать заклинание Улучшенной невидимости. Внизу Симон подошёл к мужикам и стал по очереди задирать им рубахи, осматривая ранения. Похоже, состояние одного из них его не удовлетворило. Он сильно пнул его ногой, отчего несчастный отлетел в сторону, затем щёлкнул пальцами, и раненый лютоволк набросился на беззащитного крестьянина. Даже хрипа не донеслось от терзаемого зверем человека.