упавшую кофту. — Второй раз. Второй раз подряд я ведусь на твои

штуки.

— Какие «мои штуки»? — усмехнулся Бернард. — В первый раз ты

сам на меня залез.

— Почему надо одеваться, когда я хочу раздеваться… — жалобно

простонал Юэн, натягивая кофту.

Бернард поднялся и приблизился к нему, обвивая руками за пояс.

— Нет, Берн. Предлагаю не касаться друг друга, иначе я не попаду на

работу и меня уволят.

— Да ладно тебе, — Бернард обнял его, прижимая к груди.

— Я держусь. Берн в полуголом виде обнимает меня. Я держусь.

— Продолжим, когда вернёшься с работы, — Бернард погладил его по

голове, чуть взъерошившая волосы, и отдалился. — Не забудь

телефон и можешь уже выходить. Машина прогрета, так что

выезжаем.

***

Закон Мёрфи, по которому как будто следовала вся жизнь Юэна, гласил: если что-то может пойти не так, оно пойдёт не так.

Конечно же, он в итоге опоздал на работу и даже не успел толком

попрощаться с Берни, лишь чмокнул в щёку его на прощанье.

В клубе в этот вечер творился настоящий первозданный хаос.

Во-первых, вне плана пришли из проверяющей инстанции по поводу

пожарной безопасности, и Юэну пришлось долго с ними

дискутировать и ругаться. Во-вторых, почти сразу как проверяющие

ушли, в клубе произошло короткое замыкание и едва не начался

пожар. Юэн оперативно со всем разобрался и вызвал необходимых

специалистов, однако из-за этого открытие клуба пришлось

перенести. Посетители, понятное дело, были недовольны, но ближе к

середине вечера позабыли и успокоились. Перед закрытием

стандартно случился инцидент: двое подвыпивших парней сцепились

в драке. Юэн только великим усилием воли сдержался, чтобы не

утихомирить их своим привычным способом, пришлось обуздать

порывы и вышвырнуть их за шкирку из клуба. Эйс пообещал

подвезти его после работы, но внезапно проколол шину, и Юэну

пришлось брать такси, потому что уже было слишком поздно для

поезда или автобуса. Берни трудился над заказами в своей бывшей

комнате, но спустился встретить Юэна. Юэн был злой как бешеная

собака и не хотел, чтобы Берн видел его таким, поэтому сказал, что

для общей безопасности поужинает в одиночестве. На этом неудачи

не закончились. В душевой кабинке сломался кран, и Юэн полчаса в

голом виде пытался его починить. Лишь благодаря большому

количеству ругательств, он справился и наконец помылся.

Когда Юэн поднялся в спальню, Берн лежал на кровати, но сразу

зашевелился, как его увидел.

— Ты так ругался в ванной, что мне было страшно заглядывать туда.

— И правильно, — кивнул Юэн, садясь на край кровати. — Сегодня

просто ужасный день.

— Сильно устал?

— Я так раздражён, что готов как минимум минут десять бить стену.

Бернард подобрался сзади, выпрямляя ноги по обе стороны, заботливо обвил Юэна руками и прижался грудью к его спине.

Повеяло привычным ягодно-травяным запахом. От Берни всегда так

пахло.

— Даже я раздражаю? — бархатно прошептал он на ухо, его пальцы

бегали по бокам и прессу Юэна.

— Если честно, то да, но совсем немного.

Бернард убрал руки.

— В таком случае, не буду надоедать.

Юэн вернул его руки обратно к себе на грудь и живот.

— А вообще, когда ты так касаешься, — более мягко сказал он, —

раздражение быстро затухает.

Над ухом раздался тихий смешок. Юэн прикрыл глаза, пытаясь на

самом деле расслабиться. Ужасный вечер позади, теперь они с

Берном вместе. И только это сейчас имело значение. Юэн чувствовал

его запах и тепло от груди на спине, улавливал даже сердцебиение и

шелест размеренного дыхания. Эти объятия его правда успокаивали.

Берн успокаивал. Просто своим присутствием. И это уже не в первый

раз.

Бернард нежно поглаживал ему пресс под свободным лонгсливом.