— Что?.. — недоверчиво переспросила Джейн.

Айли опомнилась и честно посмотрела на подругу:

— Бедняга, говорю... Ему б нервы подлечить... За тем, наверное, в отпуск и поехал... кто ж думал, что вместе с нами.

— Каша! — первой метнулась к котелку Даниэлла.

— " -

8. Шашлыки, встреча на пляже и мокрый свитер

— 8 -

Том завел патефон, и по мужскому лагерю потекли звуки классики.

— Выключи! — сквозь зубы потребовал злой Кук.

— Кук, брось кукситься, — подтрунил Том, ободрительно толкая коленом обиженного товарища. — Ну, подурачились девчонки. Сам же говорил «забавно».

— Это до поры до времени забавно!

— Позже ей отомстишь. Успокойся сначала, а Брамс тебе в том поможет.

И занялся раскладыванием очага для жарки мяса. Ответом было только пыхтение.

— А там отведаешь шашлычка, и лик твой просветлеет, — подмигнул Том. — Слушай... ты заметил — они сидят на одних концентратах, похоже. Может, угостим их мяском?

— Что-о?! — взвился Кук.

— А что... Бумаги рыжая все вернула, куртку твою тоже. Если б ты так не ярился, то и никто бы над тобой не смеялся. Делаешь событие... а мы можем жить мирно и наслаждаться этой неделей. Надо заботиться о мирных отношениях с соседями.

— С этой рыжей? — скривился Кук. — Уволь! Как тебе такое, вообще, в голову могло прийти!

— Да успокойся... — увещевал Бэнкс. — Вот, лучше нанижи мясо на вертел. Самое то занятие для расслабления. Ты ж знаешь, что я не про рыжую говорю.

Кук, скрепя сердце, послушался и принялся за подготовку шашлыка.

— Ну да, все дело в дивном виденьи в фиолетовом.

— Лиловом.

Том поджег лучинки, раздул робкий огонек, удостоверился, что костер разгорелся, и поднялся с колен. Засмеялся зрелищу: с самым мрачным видом Джерри протыкал каждый кусок ароматного от маринада мяса так, словно это было сердце противника.

— Так что — званый ужин? — с надеждой поднял бровь Том.

— Нет! — тут же отрезал Кук грозно.

— Хорошо, — со смехом поднял ладони Бэнкс. — Сдаюсь, ваша мрачность.

— Тебе она что, прямо так понравилась? — буркнул Кук. — Даниэлла эта?

Том пожал плечами осторожно и оглянулся на темнеющий океан за кустами. Тот грозно шумел — поднимался ветер. Бэнкс покачал головой в такт третьей симфонии Брамса.

— Она милая, — ответил он наконец. — Полагаю, с этим и тебе придется согласиться.

Кук крякнул.

— Милая, даже слишком. Ты смотри, Томми, всерьез не вляпайся. Простой рассчет.

— Какой такой рассчет?

— Заарканить богатого мужа, оттуда и все «милости», — поднялся с корточек Кук. — Готово.

Последний вертел лег на ведро с пустым маринадом.

Том вскочил следом.

— Ты подвергаешь ее искренность сомнению?!

— Ой, да будто я даму твоего сердца оскорбил... Не в те времена живем. Все слишком очевидно.

Бэнкс холодно сощурился.

— Злой ты стал, Джерри. Чересчур привык во всем искать выгоду, но не каждый поступает так.

Кук с готовностью поднял брови.

— И ты настолько хорошо знаешь эту деву в фиолетовом — прости, лиловом, — чтобы дать голову на отсечение, что она искренна и чиста?

— Я не... Э, да что с тобой спорить! Права была твоя Айли: сухарь — он и в Африке сухарь! Пожалуй, несмотря на все ее штучки, в чем-то я на ее стороне. Чего от людей ждешь, то и получаешь. Принесу вина. Мерло или Крианса?

— Мясом все равно делиться не буду! К мясу Крианса, конечно, — крикнул Кук ему вдогонку. — Психолог, тоже мне, — пробубнил и спустился к океану. — На ее стороне он.

Любимый Томом Брамс сюда долетал едва-едва. Первые звезды загорались на востоке. Волны разбушевались, как и мысли. С запада сползали рваные черные тучи.

Джерри попытался остыть. Получалось с трудом. Что его так задело? Да за эти сутки столько всего, что пальцев не хватит перечислять. Но все же? Ведь он прославился покер-фейсом в каждой сделке, а тут... Вспыхивает от этой рыжей, как спичка.

Никуда не годится.

Ладно... Придется принять как факт то, что никуда эти девицы не уедут. Можно или уехать самим, или... Тьфу, это же так просто! Том может отвезти их на гидроплане на сушу. И тогда блаженный отдых обеспечен.

И тишина, необходимая для работы и отдыха. Решено.