— Да они от любого мяса были бы в восторге... — пробормотала Айли, глядя, как Том ставит железную треногу над огнем и выкладывает на решетку остатки — согреть.

Слюнки текли. Она тоже, и даже неважно, приготовленное как кто или как никто.

Кук встал пройтись. Минуя Айли, он на секунду споткнулся с угрожающим шепотом:

— Ну, держись, лиса.

— Я обещаний не давала, в отличие от некоторых, — быстро отреагировала Айли.

— От чего вы взяли только концентраты? — продолжал Том светскую беседу.

Ну, не совсем светскую, ибо она изобличала их не особо благополучное положение. Впрочем, Айли оно чересчур не удручало. Это жизнь — у каждого свои приоритеты, обстоятельства и желания, и нет в этом ничего зазорного. Будь богатство для нее приоритетом — оно бы у нее уже было.

— Из экономии. Средств, да и места в чемодане. Не все ж сюда на гидропланах прилетели.

Посмотрела на сердитого Кука с мокрыми волосами и до сих пор без рубашки — весь мурашками покрылся.

— Представьте, Том, он даже забыл, зачем я пришла. А ведь это важная причина.

Она резко скользнула с места в кусты, сняла рубашку, наскоро натянула платье и вышла на свет, протягивая лишний предмет гардероба шефу:

— Вы тоже на рубашках экономили? Замерзли ведь. Берите, ну.

Кук поморщился. Идиот идиотом, в самом деле. Когда он так резко сдал в уровне интеллекта?.. Натянул рукава: ткань пропахла солью вперемешку с тонким ароматом трав — духи у нее, что ли, такие?.. Такой... настоящий запах. Как ее спутанные ветром рыжие космы по всей голове.

Айли накинула полусырой свитер сухой стороной на плечи.

— Просто кое-кто не вернул мою куртку, — пробормотал Джерри с опозданием.

Айли лукаво рассмеялась.

— Я же ее под кустом оставила днем.

И, порывшись в зарослях, протянула ему.

— Ага! — оживился Кук и ткнул в нее пальцем. — Признаешь, что была тут днем?

— Ой, да берите уже, а то гусиной кожей покрылись... — фыркнула Айли. — Вам это «Ф» днем казалось таким важным, что мне ухо чуть не оторвали, а теперь забыли? Ох, господин Бэнкс... беспокоюсь я о здоровье шефа... — покачала девушка головою скорбно.

Куку ничего не оставалось, как отобрать куртку из рук коварной рыжей занозы.

— Ничего не забыл. Просто еще до этого не дошли — все по порядку. Рассказывай... что там Фрикуортс?

Том снял с костра мясо. Ветерок бросил в нос Айли ароматные запахи. Она вздрогнула.

— Раз такое дело, Джерри, придется еще бутылочку откупорить, — сказал Бэнкс. — Я мигом. И подождите — я тоже хочу послушать про таинственное «Ф».

И исчез в зарослях.

Айли пялилась на дымящийся шашлык. Она и не подозревала, что так голодна.

Кук тоже, хоть и с бОльшей, чем девушка, сдержанностью.

— Садись уже, — хмыкнул шеф. — Лиса лисой.

И приглашающе отодвинул плетеный стул у столика, за которым давеча Том гонял чаи с обворожительной Даниэллой. А теперь она... и не на чай!..

Айли только что не облизнулась. Тут же соскочила со своего бревна и бочком приблизилась к столу. Кук все еще придерживал стул. Шашлык. Свежий перец и помидоры... Ах!

Она села. В песок.

— А! — воскликнула Айли от неожиданности и едва не перекувыркнулась назад.

А Кук громко расхохотался. Как хулиган из средней школы.

— Ох, простите мне мою неловкость, сударыня! — воскликнул он, прикладывая руку к сердцу.

Слишком весело для неловкости.

— Ты... ты! — ударила Айли по песку ладонью. — Ты это специально!

— Я? — искренне удивился Кук. — Да я — сама вежливость, согласно обещанию — не видите?..

Том второй раз за сегодня застыл на краю лагеря, теперь с бутылкой в руках.

— Просто... видимо, сесть на поданный стул — это своего рода искусство... — протянул Кук виновато и подал ей ладонь, чтобы подняться.

Айли зашипела и встала сама, отряхиваясь.

— Не все нам дано, что поделаешь, — улыбнулся ей Кук.

Айли криво изобразила улыбку в ответ. Что ж, нечего терять бдительности и верить этой железной-руке-перчатке-ревущей-горилле-и-прочее...

— Не всем, — кивнула она. — Мы девушки простые, куда уж нам...

— Ладно, — Тому Бэнксу надоело, и он гулко опустил бутылку на стол. — Айли, и что там вы знаете насчет таинственных забот нашего Джерри?

Айли уже вонзила зубы в мясо и едва не замурчала от счастья.