Таинственный Минька не ответил.

— Зачем вас Вонави прислал?

— Сверток просил передать.

— Оставьте за дверью! Спасибо. До свиданья!

— Пойдем, Нина, неудобно, — шепнул Борька.

— Неудобно «сальди-мальди» под столом крутить. Ты же слышал, он из школы уходить собрался. Нельзя его одного оставлять!

— А он там не один. С Минькой каким-то…

— Тем более нельзя уходить. Неизвестно, что ему Минька этот может насоветовать… Погоди, я, кажется, придумала, что делать. — И Нина энергично застучала в дверь. — Мы не можем на полу оставить сверток. В нем завтрак. А тут крысы кругом…

— Правда? — заинтересовался вдруг Сандро. — И много их?

— Четыре штуки. С кошку величиной. Я таких никогда не видала!

— Где ты видишь крыс? — шепнул Борька. Нина приложила палец к губам и подмигнула.

— Слышишь, Минька, крысы снова появились. Вот красота! — радостно воскликнул Сандро. — А ты расстраивался!

— А Минька-то кот! — шепнул Борька.

Нина подтолкнула Борьку локтем и взвизгнула:

— Ой, ещё две из нор выскочили! Нам теперь домой не пройти! Ма-ма!

Борька зажал ладонью рот и чуть не задохнулся от смеха.

— Хватит орать, да? — сердито крикнул Сандро. — Крыс распугаешь! Охоту сорвешь!

— Какую охоту?

— На крыс! Непонятно, да?

— А ты нас к себе в комнату впусти, а потом охоться сколько влезет!

— Ну и трусы вы! — сказал с презрением Сандро. — Ладно уж, заходите!

Ребята толкнули дверь. Заглянув в комнату, они шарахнулись назад и в страхе застыли на пороге.

На кровати лежал Сандро, с забинтованной головой, укутанный до подбородка одеялом. На груди его пристроился невиданный, ростом с огромную кошку, зверек. Его вытянутое туловище было покрыто густой зеленовато-серой шерстью. Её желтые концы торчали во все стороны. Огромный пушистый хвост напоминал щетку-ежик для чистки керосиновых ламп.

Увидев чужих, зверек привстал на короткие лапы, оскалил заостренную хищную мордочку, обнажив ряд сильных острых зубов, и злобно зафыркал.

Ребята отступили назад.

— Да вы не бойтесь! Не бойтесь! — сердито зашептал Сандро, сверкнув глазами. — Не тронет вас Минька! Нужны вы ему, трусы такие! Проходите к окну. Понятно, да?

Борька и Нина, не спуская глаз с диковинного зверька, прижимаясь спинами к стене, перешли на цыпочках к окну.

— Предупреждаю, — сказал Сандро. — Насчет школы заговорите — выгоню! И ещё: как только Минька с крысами расправится — домой пойдете! Минька, вперед! Крысы!

Зверек ощерился. Шерстка его стала дыбом. Он поднялся на задние лапы, обнажив нежное, пушистое светлое брюшко, и начал принюхиваться. Потом снова преспокойно улегся на грудь Сандро.

— Ты что, не понял, да? Там крысы! Кры-сы! — торопил его Сандро.

Зверек нехотя спрыгнул на пол и, по-змеиному извиваясь, вприпрыжку побежал в коридор.

— В момент расправится. Будьте спокойны! — в азарте шепнул Сандро и прислушался.

— Мы спокойны, — ответила Нина, а сама подумала: «Сейчас увидит зверек, что там крыс никаких нет, и вернется. Хоть бы подольше просидел он в коридоре…»

Минька не возвращался. Вздохнув с облегчением, Борька и Нина стали с любопытством рассматривать комнату. Продолговатой формы, она была чистой и светлой, хотя два зарешеченных окна и находились высоко, под самым потолком. Сквозь них были видны только ноги прохожих.

Все убранство этого убогого жилья составляли две старые железные кровати с никелированными шишечками, стол, табуретка и хромоногий венский стул.

В углу примостился не то сундук, не то шкаф. В нем было множество ящиков, отделений, дверок. Некоторые из них задернуты разноцветными занавесками. Рядом с сундуком валялись гвозди, молоток, клещи, куски фанеры, ручная пила-ножовка. Очевидно, до прихода непрошеных гостей Сандро чинил этот странный предмет.

У двери стояла пустая клетка, принадлежащая, наверное, диковинному зверьку. На полу её, на соломе, стояла глубокая тарелка, полная воды.

Стены комнаты украшали три цирковых плаката: два типографских, третий — рисованный от руки. На первом были изображены четыре перелетающих с трапеции на трапецию «черта» в ярко-красных трико, в шапочках с рожками. На груди каждого красовалась морда дьявола. Путь полета «чертей» был обозначен пунктирными линиями. Они перекрещивались, закруглялись в кольца.

На втором плакате, с надписью «Итальянский борец-гладиатор Вонави», ребята узнали дядю Проню в испанском костюме в объятиях огромного удава.

На третьем, с надписью «Чудо-богатырь Вонави против Красной Маски», был нарисован тоже дядя Проня в открытом красном трико-борцовке, в схватке с человеком в совершенно глухом трико зеленого цвета и красной маске, закрывающей лицо.

На столе валялась груда перчаток белого и телесного цветов.

В дверях показался зверек. Он недоуменно глядел на хозяина. Борька и Нина замерли.