Шрифт:
Андерс повиновался. У него не было шанса повторить свой трюк, противник, казалось, решил не дать себя провести.
— Повернись к стене, — приказал он. — Обопрись руками и расставь ноги.
На этот раз он не будет рисковать. Опыт-лучший учитель.
Внимательно следя за противником в надежде, что тот совершит ошибку, Андерс перестал интересоваться Эбраром.
И как будто потолок вдруг обрушился на голову!
У него не было времени спросить себя, чем химик угостил его по черепу.
Пол ринулся навстречу со скоростью звука, и он сразу перестал чем-либо интересоваться.
ГЛАВА XIII
Андерс быстро пришел в сознание.
Как ни странным это может показаться, у него даже не болела голова. Эбрар, должно быть ударил, на уровне мозжечка, и несильно, а это не оставляет следов.
Очутился Андерс в пустой комнате, на полу. Отсутствие занавесок и ставней на окнах позволило понять, что сейчас ещё день.
Он был один. Руки были связаны за спиной таким образом, что не позволяли сделать ни малейшего движения. По солидности обвязки и из-за её липкости, Андерс понял, что вместо веревок использовали лейкопластырь.
Ноги тоже были связаны на уровне коленей. Он попытался освободить руки, просунув их под ноги, но очень быстро отказался от этой затеи. Невозможно…
Ценой многочисленных падений он сумел все же встать на ноги и допрыгать до окна. Повернувшись спиной, попытался зацепить за шпингалет. Тщетно. И тогда он понял, что это ничего не даст, ибо рамы были забиты.
Его действия, пусть и проводимые с величайшей предосторожностью, были услышаны. Ключ повернулся в замочной скважине. В открывшуюся дверь вошли Комити и Эбрар. Бандит с видимым удовольствием направил на него свой маузер. Что до химика, то безумно блестящие глаза выдавали, что он все ещё находится под действием принятого наркотика.
— Садись! — с хмурым видом предложил Комити, взмахнув оружием.
Андерс подчинился, У него не было иного выбора.
— Я не думаю, что вы журналист, хоть так значится в ваших документах, — произнес Эбрар, медленно приближаясь к нему. — Журналисты не разгуливают с пистолетами и не заявились бы сюда. Кто вы на самом деле?
Андерс хранил молчание. Марле дал ему двадцать четыре часа. Слишком мало шансов, чтобы он забеспокоился раньше завтрашнего утра. И теперь Андерс спрашивал себя, дотянет ли он до тех пор, если хозяева возьмутся за него как следует.
— Ты будешь отвечать? — прорычал бандит и шагнул вперед.
Эбрар жестом успокоил его.
— Это не существенно…, - сказал он. — Через несколько часов…
Теперь он обращался к Андерсу:
— Не мне решать, что делать с вами, — объяснил он. — Но я почти уверен, что от вас захотят узнать, кто вы и каким образом попали сюда. Вот почему я не стал дожидаться и начал сам…
Он рассмеялся мелким скрипучим смехом, и садистская гримаса исказила его отвислые губы.
— Когда вы не сможете больше выносить мучений, то сами будете умолять меня сделать вам укол и все расскажете, лишь бы получить дозу…
Несмотря на внешнее спокойствие, Андерса охватил страх. Пока химик, очевидно, ждет насчет него приказа. Там не будут долго пребывать в неведении, что он сотрудничает со службой по борьбе с наркобизнесом. Они постараются перебазироваться, прихватив его с собой. И Марле придется побегать, прежде чем найдет его…
— Что ты думаешь об этом? — дребезжащим голосом спросил Эбрар. Небольшой эксперимент над «журналистом»…
Он сделал знак Комити, который тотчас навалился на Андерса, чтобы перевернуть его ничком.
Андерс попытался увернуться и ударить связанными ногами, чтобы заставить повозиться с ним. Но веревки не оставляли ему широкого поле деятельности. Он получил тяжелый удар по затылку, потом кулаком в живот. В полубессознательном состоянии он почувствовал, что бандит одной рукой давит на горловой хрящ, и безуспешно попытался вывернуться.
— Это вам знакомо? — ласково спросил химик.
Андерс видел, что он достал шприц, частично наполненный прозрачной жидкостью, по виду похожей на воду.
— Хлоргидрат диацетилморфина, — уточнил тот тем же голосом.
Героин!
Полузадушенный, Андерс попытался защищаться. Но это было безнадежным делом. Давление на его кадык увеличилось, а удар ноги в пах заставил закричать.
Он едва почувствовал укол в предплечье, осознав, что все закончилось, когда бандит отпустил его, оставив корчиться на полу.
— Хорошенько позабавься! — усмехнулся Эбрар, убирая шприц в маленькую металлическую коробку.
Они вышли из комнаты. Щелкнул замок.