— Булавки? Мастер Ли, толстяк нанял целую армию солдат, чтобы сторожить дешевые железные булавки?

— Великий Будда, да этот малый работал не один! Он, наверное, представлял гильдию самых богатых людей Китая! — воскликнул Ли Као.

Я не понимал ничего. Старик отдернул холстину, достал оттуда странный предмет (каковых тут, как выяснилось позже, оказалось двести семьдесят штук) и начал осторожно прикреплять к нему булавки. Они в свою очередь каким-то чудодейственным образом легко прикреплялись друг к дружке: каждая следующая к концу предыдущей.

— Десять, — молил мастер Ли, — только бы десять. Если он выдержит десять булавок!

Семь… восемь… девять… десять… одиннадцать… двенадцать… тринадцать… четырнадцать!., пятнадцать!., шестнадцать!., семнадцать!!!

Восемнадцатая булавка упала на землю, и Ли Као обернулся ко мне, улыбаясь во весь рот и сияя, как звезда.

— Десятый Бык, заморские торговцы готовы продать душу ради китайских компасов, которые являются таким чистейшим магнитом, что выдерживают по десять дюймовых булавок. Здесь же сотни компасов, выдерживающих семнадцать булавок! Мой мальчик, в течение жизни мне, конечно, не раз удавалось отхватить немалый куш, но по сравнению с этим!.. Лу Юй, мы только что стали самыми богатыми людьми во всей Поднебесной! — с гордостью сказал он.

Первым делом следовало зарекомендовать себя людьми богатыми и знатными, и чего мы только ни делали, чтобы это доказать. Я лишь смутно припоминаю цветы, музыку, благовония и серебряные пояса, лодочные гонки и игры в кости, споры, званые обеды и мелькание легких женских ног. Мы плавали под парусом по лазурным озерам, видели странные пагоды, причаливали к загадочным островам, где бледные монахи в черных балахонах продавали какие-то таинственные магические предметы. Мы были богачами, да такими, что наш паланкин несли шестьдесят преданных слуг. Обнаженные танцовщицы вились вокруг нас, а мы брали пригоршни серебряных монет и бросали их толпам людей, всюду следующих за нами.

— Купите чистую одежду! — кричали мы. — И хорошего вина! Избавьтесь от этих ужасных вшей! Примите ванну!

— Долгой жизни господину Ли Као! — гудела толпа. — Долгой жизни господину Лу

Юю!

Возможно, вы подумаете, что я совсем забыл об истинной цели нашего путешествия.

Нет, это не так. Каждую ночь мне снились кошмары. Я видел бедных детей, они лежали все так же неподвижно, и смерть кружилась над ними. Меня жутко мучила совесть, и как я был рад, когда Ли Као наконец сказал, что мы уже достаточно зарекомендовали себя, и пора делать решающий ход. Старик решил, что лучшим способом привлечь внимание

Ключника-Кролика будет сжечь дотла наш дворец. Здание, разумеется, принадлежало правителю, и я как раз жарил на пепелище гуся, когда главный счетовод, учуяв неладное, заспешил к нам.

— Ох, батюшки, батюшки, — начал он, как обычно. — Правило 226, параграф Д, раздел Б: за непреднамеренное разрушение дворцов правителя…

— Преднамеренное, мне наскучил этот унылый вид из окна, — зевая, сказал мастер Ли.

— Раздел В: преднамеренное разрушение дворцов правителя. Возмещение полной стоимости дворца плюс 50 %, расходы за тушение пожара и уборку мусора, плюс тройной штраф за нарушение спокойствия, еще половина от всего за оскорбление правителя, плюс…

— Хватит скулить, болван, скажи общую сумму! — прохрипел Ли Као.

Я думал, беднягу хватит удар. Ключник-Кролик закатил розовые глазки и тонюсеньким голосом пропищал:

— Девятнадцать тысяч семьсот два ляна серебра!

Ли Као хмыкнул и показал пальцем на длинный ряд сундуков неподалеку.

— Возьми один из вон тех, синих, — безразлично ответил мастер Ли. — Вообще-то там по двадцать тысяч в каждом, но господа Ли Као и Лу Юй не станут требовать сдачу, Ключник-Кролик грохнулся в обморок. Понадобилось несколько минут, чтобы привести его в чувство, но, очнувшись, он сразу же решил не упускать шанс.

— Как жаль! Достопочтенным Ли Као и Лу Юю сегодня негде ночевать, и хотя мое скромное жилище вряд ли их устроит… видите ли, сегодня мне скорее всего придется остаться в замке считать деньги, и моя дражайшая супруга будет совсем одна. А это небезопасно, знаете ли, женщинам нужны защита, забота, внимание…

Он упал на колени и стал целовать наши сандалии.

— Жемчуг… нефрит!..

— Хочешь жареного гуся? — с улыбкой предложил мастер Ли. — Его лично приготовил господин Лу Юй, в отличном вине, с медом и абрикосами. Кстати, господин Лу Юй — ученик великого Чан Чоу, который сказал, что предпочитает собственную стряпню, но чужих жен.

— Конечно! — радостно воскликнул Кролик. — Совершенно верно!

В эту ночь мне предстояло встретиться с самой дорогой женщиной в мире. В небе луна играла в пятнашки с облаками, теплый ветер пах цветами, а в темном саду трещали сверчки. Дорожка из жемчуга и нефрита, которую я выложил перед домом Ключника-Кролика, сияла как отражение Небесной Реки, и у меня перехватило дыхание, когда я увидел бегущую мне навстречу девушку. Она кричала от восторга, подбирая блестящие стекляшки, и наконец подошла настолько близко, что я смог се разглядеть.