Чего только не оказалось в этих коробках. Единственное, чего я там не увидел, так это обычных вещей — всего того, что по идее и должно в них быть… ну, там, завёрнутая в газетки посуда, разнообразные вазочки, рамки для фотографий, кипы одежды и всё остальное, что обычно запихивается в такие короба при переезде. Вместо этого, первая открытая коробка оказалась забита книгами. Причём, я не увидел ожидаемых мною Марининой или Акунина, не было там также традиционных Толстого и Чехова. Коробка была под завязку забита техническими справочниками. Я обратил внимание на названия некоторых, здесь была квантовая механика, справочник по упругости материалов, сопромат, теория пластичности, строительная и гидравлическая механика…

— Отцовские? — кивнул я на книги.

— Общие, — сообщил Георгий.

— Выпендривается, — подумал я.

Я, конечно, поверил его рассказу, но не полностью. Переведя его в привычные для меня категории, я решил, что парень действительно может представлять определённый интерес для науки, но чтобы из-за этого его насильно пытались заманить в сверхсекретный институт, это конечно чепуха. Пусть он даже сам беспрекословно в неё верит и верит в то, что родители переехали сюда именно из-за этого, но для себя я разделил в уме рассказ Георгия на десять — такой способ ещё никогда меня не подводил, когда нужно было выявить истину в рассказах одноклассников.

В следующей коробке оказались математические справочники.

— А вот это — отцовские, — сообщил Жора. — Не люблю математику. Мне как-то ближе физика и механика.

— А мне как-то ближе велосипед, — пробурчал я.

— Велосипед я тоже люблю, — почему-то обрадовался Георгий. — Только там где мы жили негде было на нём кататься, все дороги забиты машинами, а по обочинам мне кататься особо не разрешали. Так что мы один-два раза в год выезжали в деревню, чтобы там покататься на велике.

Жора бросил раскладывать книги и предался воспоминаниям.

— Я вот, прошлым летом даже попробовал для велосипеда сделать приспособление, чтобы он ехал сам по себе.

— Мопед, что ли? — уточил я.

— Да не, делать мопед мне запретили родители. Сказали, что он слишком быстро носится. Да и вообще, мопед — это слишком просто. Я хотел сделать устройство, которое бы работало на аккумуляторе и генерировало впереди велосипеда притягивающее поле… типа нажал на тумблер — велик поехал.

— Круто! и как? получилось?

— Неа, чёт не вышло. Я сейчас достану, покажу прототип.

Жора с головой зарылся в одну из коробок и пыхтел там несколько минут. В конце концов, он вынырнул с игрушечной машинкой, к которой по бокам были приделаны две пластмассовые коробочки, а сверху на скотч была прилеплена батарейка.

— Вот, гляди, тут по бокам стоит два генератора полей притяжения, сфокусированных в одну точку прямо перед машиной. Когда включаешь тумблер, поле должно появиться и притянуть машину к себе, но так как генераторы стоят на самой машинке, то с продвижением машинки перемещается вперёд и само поле, и таким образом машина разгоняется. — Радостно завершил своё объяснение Жора, но потом вдруг погрустнел. — Это в теории и согласно расчётам, а на практике нифига не работает. Я схему на три раза перебирал, а потом плюнул.

Георгий вернулся к раскладке книжек, а я взял в руки машинку и недоверчиво хмыкнул:

— Странно было бы, если бы у тебя что-то получилось… подумать только, силовые поля…

Держа игрушку в руках я щёлкнул тумблер и машинка вдруг потяжелела на килограмм. Я не ожидал такого фокуса, и она выскользнула у меня из рук и с глухим звуком упала на паркет. Батарейка отлетела от машинки, один из боковых генераторов перекосило.

Я ожидал, что Жора меня убьёт, но он только без особого интереса покосился на звук и продолжил расставлять книги.

— Я всё починю, — сразу сказал я, — извини, я включил выключатель и она вдруг так потяжелела, что я не смог её удержать.

Георгий посмотрел на меня, и на его лице можно было наблюдать весь диапазон эмоций по мере того, как до него доходило то, что я сказал.

— Потяжелела! — закричал он. — Ты представляешь, что ты сделал!

— Ну я же извинился, — попытался оправдаться я, но как то неуверенно. Жора вроде на меня ругался, но лицо его просто светилось от счастья.

— Да нет, я не об этом, — отмахнулся он, — ты гений! а я идиот! Я не учёл земного притяжения! Какой болван! Понимаешь, оно переместило генерируемое поле под машину — поэтому она и не ехала, её просто ещё сильнее притягивало к земле, а я проводил опыты на полу и никак не догадался, что нужно её приподнять, чтобы понять это!

Жора даже было кинулся обнимать меня, но я его остановил:

— Ты это, давай только без обнимашек и поцелуйчиков всяких, ты меня и так пугаешь.

— Смотри, — сказал Жора, быстро откручивая генераторы полей от боков машины, — если мы их переставим под углом градусов в 60, то поле уже должно будет переместиться вперёд машины.

Георгий быстро произвёл какие-то манипуляции со скотчем, батарейкой и пластмассовыми коробочками, после чего поставил машинку на пол и сказал:

— Включай!