— О Боже! — вдруг сказала она. — Серёжа, смотри…

Откуда-то сзади вырулил белый «Мерседес» и остановился неподалёку от них.

— Это они?

— Кажется… Я не совсем рассмотрела номер, но цифры, по-моему, те же самые.

— Чёрт, как не вовремя! Это не входило в мои планы.

Они глядели на «Мерседес», а милиционер продолжал смотреть на Сергея. Между тем передние дверцы «Мерседеса» одновременно раскрылись, вышли два человека и быстро направились к вокзалу.

— Точно, они, — Сергей выругался. — Приехали за деньгами, — он опять ругнулся.

— К черту деньги! — бросила Славянка. — Надо мотать отсюда, ты только посмотри, как этот мусор на тебя пялится!

В эту секунду милиционер, видимо, решил покончить со своими сомнениями. По-хозяйски неторопливо, вразвалку, он опять направился к Сергею, подойдя, облокотился на крышу и наклонил голову к окну.

Дальше все произошло настолько молниеносно, что Славянка не успела даже охнуть. Сержант уже приоткрыл рот, но Сергей, резко выбросив руку, схватил его за шею и с силой рванул на себя. Милиционер с размаху врезался лбом в ребро крыши, зажмурил глаза. Сергей добавил вторично, и милиционер беспомощно обмяк.

— Быстро! — гаркнул Сергей. — Помоги затащить его в машину!

С беспечным видом они усадили милиционера на заднее сиденье машины. Заметил ли кто-нибудь это или нет — они не знали. Приходилось полагаться на удачу, потому что скоро должен был вернуться сосед со своим громилой-телохранителем и деньгами.

Сергей похлопал сержанта по щекам и пощупал пульс.

— Живой… Извини, приятель, но мне на несколько минут нужна твоя форма. Славяна, раздевай его, нет худа без добра.

Они кое-как стянули с беспамятного милиционера форму, и Сергей облачился в нее, проклиная худобу хозяина — форма была ему тесна. Потом, достав из багажника кусок верёвки, Сергей связал руки милиционера на тот случай, если он очнётся раньше времени. Похлопывая жезлом себя по ноге, Сергей подошёл к «девятке» и сел за руль. Отогнав её в сторону, он поставил её так, чтобы «Мерседес» не смог тронуться со своего места. Раздолбав на всякий случай радиостанцию и бросив ключи от «девятки» в стоящую неподалёку урну, Сергей сел на капот и стал ждать.

Сосед появился буквально через минуту. В руке он держал чёрный пластиковый чемоданчик; огромный, как гора, телохранитель, озираясь, вышагивал рядом. Подойдя к своей машине, они с удивлением взглянули на Сергея; сосед сразу же сел в авто, а водитель остался стоять снаружи. Сергей подошёл к нему.

— В чём дело, сержант? — нервно бросил детина, прищурив глаз.

Сергей представился сержантом Тимошенко, проверил документы водителя, а потом зачем-то попросил открыть капот. Детина, скорчив недовольную мину, подчинился.

— Заведите двигатель, — приказал Сергей.

Покачав головой, водитель открыл дверцу и, нагнувшись, протянул руку к ключу зажигания. В это мгновение Сергей с размаху саданул его кулаком в затылок. Детина упал на сиденье, но в следующую секунду опомнился и запустил руку за пазуху. Лицо его перекосилось от злобы. Славянка, наблюдавшая за этой сценой из кабины «БМВ», охнула. Во второй раз она охнула, когда Сергей тоже полез за пазуху и вытащил короткоствольный вороненый револьвер. Про него она ничего не знала и видела его сейчас впервые.

Грохнули два выстрела подряд. Славянка завизжала, закрыв лицо руками. «Влипла! Влипла!» — крутилась в пустой голове одинокая мысль.

— Тише, не ори!

Сергей бросил на заднее сиденье пластиковый чемоданчик, вывалил начинающего приходить в себя милиционера на асфальт и, упав за руль, надавил на педаль. Машина рванула вперед.

— Ты застрелил их? — всхлипывала Славянка.

— Зачем? Это был газ. Скоро они придут в себя… Нам надо мотать из города, и поскорее.

Взяв с заднего сиденья чемоданчик, Славянка положила его себе на колени. Он был тяжёлым, и она знала, какая начинка у него внутри. Деньги. Деньги, которые попали к ней с невероятной легкостью, ей даже пальцем не пришлось пошевелить, чтобы стать их обладательницей. Не Бог весть какие деньги, но все-таки кое-что. Хотя, судя по весу, она все-таки ошиблась не на один миллион, и это просто превосходно. Тем более что ростовские запасы близились к концу. Люкс в лучшей гостинице города, лучший ресторан три, а то и четыре раза в день, тряпки, «Клико» по вечерам — все это пооткусывало ощутимые куски от ее капитала, а правильнее будет сказать — полностью съело его, оставив лишь жалкие объедки.