Во рту у Вирджинии пересохло.

Он хотел облачить ее в серебряную ткань и явно находил эту идею возбуждающей. Она судорожно глотнула.

— Девлин, почему вы не оставите нас ненадолго?

— Я остаюсь.

Он поудобнее устроился на диванчике. Мадам радостно фыркнула.

— Софи, где le rouge noir? [34]

Софи тут же нашла и продемонстрировала роскошный темно-красный атлас.

— Взгляните на это, mon capitaine! — воскликнула мадам.

Вирджиния хотела сказать им, что не может носить это — что эта ткань для женщин типа мадемуазель Дидье или графини.

Девлин кивнул — его глаза стали еще ярче.

Мадам Дидье что-то по-французски приказала Софи, и она начала расстегивать темную накидку Вирджинии, покуда мадам сидела и делала заметки.

— Я… что вы делаете? — ахнула Вирджиния, когда накидка упала.

— Вы должны раздеться. Нам нужно произвести замеры, — сказала Софи, расстегивая сзади ее платье.

Вирджиния взглядом умоляла Девлина о помощи. Но никакая помощь не пришла, так как Девлин всего лишь скрестил длинные ноги.

— Не обращайте на меня внимания, — пробормотал он, расслабившись и явно приготовясь наслаждаться зрелищем.

Вирджиния чувствовала на спине деликатные прикосновения проворных пальцев Софи. Она была напряжена, но не сердита. Глаза Девлина продолжали блестеть.

Ее сердце билось слишком сильно. Вирджиния глотнула, подняла руки и позволила племяннице мадам Дидье снять платье через голову. Мадам Дидье оторвалась от своих записей и усмехнулась, увидев панталеты. Щеки Вирджинии горели, как и все тело.

Она огляделась вокруг в поисках окна, которое можно открыть, но его не было.

— Они все еще в моде в Америке, — солгала Вирджиния и бросила взгляд на Девлина.

Он не слышал ее, так как был занят другим. Его взгляд был устремлен на ее лодыжки, обтянутые тонкими чулками, потом переместился на грудь, прикрытую лишь сорочкой.

Прежде чем Вирджиния успела моргнуть, Софи убрала и эту деталь одежды, и она осталась только в корсете и панталетах. Обнаженные груди были приподняты корсетом. Она бросила взгляд на Девлина, который, разумеется, не сводил с нее глаз.

Атмосфера в комнате была настолько напряженной, что становилось трудно дышать.

— Le capitaine? — спросила Софи.

Прежде чем Вирджиния успела прореагировать, она накинула атлас на ее грудь.

— Только вообразите это!

Вирджиния закусила губу, чтобы скрыть стон. Каждый дюйм ее тела был возбужден.

— Я более чем одобряю, — слишком спокойно произнес Девлин.

Красный атлас соскользнул вниз.

— Мадемуазель нуждается в нижнем белье. — Мадам встала. — Два корсета, один черный, один белый, оба отороченные лентами и кружевом. И к каждому сорочка. Oui? [35]

Теперь Софи держала лоскут прозрачного черного кружева и, когда Девлин кивнул, набросила его на грудь Вирджинии.

Во взгляде Девлина читалось восхищение.

— Le capitaine доволен? — осведомилась Софи.

— Очень.

Кружево исчезло, сменившись куском бельевой ткани цвета слоновой кости; несколько лент того же цвета скользнуло по груди Вирджинии.

— Oui? — быстро спросила мадам.

Вирджиния нервно сглотнула.

Девлин кивнул. Его взгляд скользнул по лентам, по груди Вирджинии и, наконец, поднялся к ее лицу. Она не могла отвести взгляда.

— Используйте все, — сказал он.

— Superbe, mon capitaine, [36] — согласилась мадам. — Я хочу показать вам кое-что. Особый шелк для нижнего белья — мадемуазель он понравится. Он внизу, un moment, s'il vous plait. [37]

Мадам вышла.

Вирджиния не могла дождаться, когда же наконец закончится эта примерка.

Софи теперь прикладывала к ней мерцающий темно-пурпурный шелк и, когда Девлин кивнул, не стала его убирать.

— Как низко, mon capitain? — пробормотала Софи. Она приложила ткань так, что только верх груди Вирджинии оставался открытым. — Pour la jour? [38]

— Ниже, — сказал Девлин.

Вирджиния чувствовала себя словно в трансе. Она никогда в жизни не носила такой низкий вырез.

— Здесь? — спросила Софи, опустив ткань на дюйм.

— Очень хорошо.

Внезапно Девлин бегло заговорил по-французски.

— D'accord, [39] — кивнула Софи, когда он умолк.