– Креил, пользуясь этой программой, твой робот может доказать, что угодно. «Возможное причинение вреда человеку» – это слишком расплывчатая формулировка!

– Если заложить более конкретную, робот просто не сможет самостоятельно принимать решения!

– Это здорово, конечно, обсуждать сейчас проблемы роботов, но меня волнует, что все-таки произошло? – вмешался Линган.

– Судя по показаниям приборов, Лион забрал у Строггорна слишком много энергии. Больше, чем в прошлый раз, – ответил Лао.

– Но Креил сказал, должно быть меньше? Чего-то я не понимаю?

– Посмотри на экран, – Лао кивнул на экран, показывающий, что происходило сейчас внутри Тины: кокон трансформировался во что-то, напоминающее сейчас морскую звезду.

– Креил, и что ты думаешь по этому поводу? – мрачно спросил Линган. – Если Лион будет каждый раз забирать большеэнергии, в следующий раз у нас, скорее всего, не будет шансов остаться в живых. И, по-моему, это будет моя очередь! Я уже не говорю о том, что мы практически перестали работать. Каждая передача энергии выбивает Совет Вардов на несколько дней! Как ты себе все это представляешь?

– Я не знаю, что тебе ответить, Линган.

Ребенок прекратил трансформацию, и Тина перестала кричать. Аолла, которая была все время с ней, вышла и устало облокотилась о стену.

– Как Строггорн?

– Очень слаб. Правда сознание уже не теряет, – ответил Диггиррен.

– Я заберу его к себе.

– Через пару часов, хорошо? Пусть он еще побудет немного под контролем Машины. Так – спокойнее. И еще, я думаю, нам нужно связаться с Клиникой Роттербрадов. Вы все знаете, родители Странницы погибли при ее рождении. Хотя, при их уровне сложности… Это что же такое могло их убить?

– Или кто? – медленно спросил Креил. – Я почти уверен, они погибли, потому что ребенок был Стайол – что означает чудовищно высокий уровень развития…

– И чудовищное количество энергии, которое необходимо для этого, – продолжил Линган. – Ну что же, у нас еще один нерабочий день. Я так понимаю, все хотят знать, что скажет Нигль-И? Или здесь есть желающие стать покойниками?

Строггорн спал несколько часов. Аолла не поехала в зал Гиперпространственной связи, решив, что и без нее там полно народу. Она терпеливо сидела рядом с его кроватью, дожидаясь, пока Строггорн проснется.

Он с трудом открыл глаза. Тело разламывалось от боли и по-прежнему не желало подчиняться. Все, что он был в состоянии сделать, – с трудом пошевелить пальцами.

– Совсем плохо? – уверенно спросила Аолла.

– Не то слово. Ты не могла бы меня покормить? Ужасно хочу есть.

Аолла исчезла на секунду, и вернулась с подносом, заставленным тарелками с едой. А потом ей пришлось кормить Строггорна, нанизывая еду на вилку и подавая ему прямо в рот.

Строггорн в очередной раз посмотрел на Аоллу. На ее лице застыло страдание, а у него не было сил залезать в ее голову.

– Девочка, может объяснишь, что причиняет тебе такую боль?

– Понимаешь, Строггорн, просто я никогда не была матерью… и завидую Тине.

– Завидуешь? – изумился Строггорн. – Ты понимаешь, что нам приходится с ней делать? И она может запросто умереть от этой беременности!

– Я – не она. Ее проблема – недопустимо низкий уровень развития. При моем уровне, я уверена, не будет такого риска. И это несправедливо, Строг. Почему у Креила в триста лет еще может родиться ребенок, а у меня – нет? Ты-то сам еще можешь иметь детей? Не знаешь?

– Понятия не имею. Но вряд ли. Если только искусственно.

Строггорн не желал забираться в ее мозги, панически боясь понять, что она снова вспомнила о том ребенке, которого потеряла когда-то во время пыток, по его вине.

– Ты сильно хочешь этого ребенка, девочка? – ее болезненное желание стать настоящей матерью начинало беспокоить Строггорна.

– Хочу. Честно. Не помню другого случая, чтобы я кому-нибудь завидовала. Но ей – точно. Пойду-ка я спать, если ты наелся. – Аолла встала, собираясь уходить.

– Подожди. Ты уверена, что это только от того, что ты не можешь стать матерью?

– Намекаешь, что я люблю Креила? Да нет, не в этом дело. Я же не от него хочу ребенка, я просто хочу быть матерью, – Строггорн видел, что она готова расплакаться. – Как это выносить столько времени? Отпустите меня на Дорн, мне там легче.

– Я хотел бы быть с тобой, – он нахмурился, ему совсем не хотелось ее отпускать одну. – Но сейчас без нас никак не обойтись. Если только ты очень ненадолго улетишь, – он снова задумался, решая, говорить ли ей правду. – Аолла, ты знаешь, я долго скрывал от тебя, – она сразу посмотрела на него, не понимая, что это еще он мог скрывать, – что у тебя может быть ребенок.