Мы втроем проторчали в буфетной до тех пор, пока не настало время укладываться и ехать в аэропорт. И когда с сумками в руках мы спустились на крыльцо, там нас ждал Сейдж. Он стоял на ступеньках в небрежной позе, засунув руки глубоко в карманы куртки.

Он даже не посмотрел на меня.

Мне хотелось кричать от боли. Каждая клетка в моем теле тянулась к нему, молила о том, чтобы он обратил на меня внимание — но он не потрудился повернуть голову в мою сторону.

— Привет! — буркнул он с вялым кивком, спускаясь следом за нами к парковке, но это приветствие было обращено не ко мне, а куда-то в пространство. Меня как будто здесь и не было!

— И где же тебя носило? — с нажимом спросила Райна.

— Гулял, — коротко ответил он.

Я нарочно постаралась первой подойти к машине, чтобы сесть на заднем сиденье. Тогда Сейдж мог сесть рядом со мной, и по дороге я нашла бы способ заставить его поговорить… Но он решительно взялся за ручку передней дверцы.

— Ох, а я думала, что здесь поедет Бен, — сказала Райна. — Я вечно проскакиваю поворот на аэропорт. А Бен вовремя сможет меня предупредить, он хорошо помнит дорогу.

Она была бесподобна.

— У меня ноги длиннее, — заявил Сейдж. — Мне здесь будет удобнее.

Вот так-то. Он даже не пытался быть вежливым. Он был готов на грубость, лишь бы оказаться от меня подальше. Он опустился на сиденье — то самое, на котором мы были вдвоем еще вчера, — и равнодушно уставился в окно. Невероятно. Он даже не рисковал встретиться со мной взглядом в зеркале заднего вида.

Мне показалось, что я сейчас задохнусь.

Бен с подозрением смотрел то на Сейджа, то на меня, и его губы сжались в гневную тонкую полоску. Я могла лишь предполагать, что за мысли ходят сейчас у него в голове. Автомобильный салон был слишком тесен для переполнявшего нас напряжения — у меня нарастала паника, мне казалось, что здесь все кричит, выдавая мои секреты. Мне отчаянно требовалось выбраться отсюда и отдышаться.

Я едва дождалась, пока Райна зарулит на стоянку перед аэропортом и высадит нас из машины. Меня так поглотили мысли о Сейдже, что я с некоторым недоумением вдруг обнаружила, что Райна собирается прощаться и в глазах у нее стоят слезы. Я обняла ее крепко-крепко и долго не хотела отпускать.

— Позвони мне, — попросила она. — Дай мне знать, что у тебя все в порядке… Во всех смыслах. Я буду тревожиться, а я это плохо умею. Я не часто за кого-то беспокоюсь.

Я прижалась к ней лбом и посмотрела в глаза:

— Все будет хорошо, — сказала я. — Ты никогда меня не потеряешь.

Не то чтобы я сама в это верила, но это была ее любимая присказка, и я нарочно использовала ее, чтобы сделать Райне приятное. Мы обнялись еще раз напоследок, и она схватила Бена за руку и прошептала ему на ухо:

— Присмотри там за ней, ладно? — Бен, конечно, пообещал, что непременно присмотрит. Сейджа Райна наградила на прощанье весьма холодным взором. Затем она вернулась к машине и поехала домой.

Никто из нас не проронил ни слова, пока мы проходили регистрацию и досмотр и направлялись к рядам кресел для пассажиров, ожидающих приглашения на посадку. Сейдж уселся первым. Меня охватил горький интерес: а если я сейчас сяду рядом — что он будет делать? Встанет и сменит кресло?

Бен наклонился ко мне и еле слышно спросил:

— Не хочешь об этом поговорить?

Я покачала головой.

— Может, пройдемся?

— Давай.

Хотела бы я знать: Сейдж вообще заметил, что мы уходим? Но я не могла позволить себе оглянуться и проверить. Меня бы убило, если бы я увидела, что он так и не посмотрел в мою сторону. Как, как все могло так измениться всего за несколько жалких часов?!

Бен дождался, пока мы отойдем достаточно далеко, и лишь потом заговорил.

— Я с полным пониманием отношусь к тому, что ты не хочешь об этом говорить. Это твое право. Я только хочу знать… Он тебя обидел?

— Бен…

— Просто скажи мне: он тебя обидел? — было видно, с каким трудом дается Бену каждое слово. Я вдруг обратила внимание на то, как напряглось его тело, а руки сжались в кулаки.

Да, он обидел меня. Обидел смертельно. Обидел в этой жизни и, возможно, во всех остальных.

— Нет, — сказала я. — Он не обижал меня. Со мной все в порядке. Честное слово.

Пожалуй, еще никогда в жизни мне не приходилось выдавать столь откровенную ложь. Но я старалась, как могла. Я даже умудрилась улыбнуться и пожать Бену руку, демонстрируя свою искренность.

Бен перевел дух и немного расслабился.

— Ладно, хорошо.

И как я могла сомневаться, что Бен меня любит? Сейчас это казалось таким очевидным! Я даже подумала о том, могло бы что-то измениться в моей жизни, если бы я узнала об этом на год раньше, до того, как впервые увидела Сейджа. Если бы я уже целый год любила Бена, подействовали бы на меня фотографии Сейджа так, как подействовали сейчас? А может, я вообще не увидела бы его? А он? Смог бы он быть на этих снимках или просто исчез, растворился бы в туманной дали, как призрак, потому что я полюбила другого и наша связь оказалась прерванной?