– Рядко, – произнес он. – Моя фамилия – Рядко.

Пуля вышла у Белолобова через правый глаз, сплющилась о стену и упала на пол. Левая нога подломилась, и тело, странно дернувшись еще в воздухе, завалилось на бок. Вокруг головы быстро образовалась лужа крови. Здоровяк вывел флажок предохранителя из положения «огонь» и вложил оружие обратно в кобуру. Развернувшись, пошел вдоль коридора до ближайшего телефона. Набрал номер и сказал в трубку:

– Приказание выполнено. Объект напротив комнаты номер восемнадцать. Присылайте зачистку.

Григорий ненавидел подвал. Он, конечно, считал себя неверующим, но мог согласиться, что аура этого места премерзкая. Может, тут и не летают привидения замученных людей и не взывают к отмщению загубленные души, но то, что находиться здесь противно – это точно. Поэтому он не стал дожидаться спецкоманды по утилизации трупов из двух отмороженных старожилов, а поднялся на этаж вверх, вынул сигарету и закурил в лестничном пролете.

Появились мужики в комбинезонах.

– Привет, – буркнул старший. – Где, говоришь, труп?

– Напротив восемнадцатой.

– Ага. Бывай.

– Пока.

Лейтенант с легкостью вбежал по лестнице на нужный этаж, зашел к себе, снял и бросил на спинку стула пиджак, сунул в стакан с водой маленький электрокипятильник – хотя что чай? Руки подрагивали, он бы с удовольствием выпил чего покрепче. Заверещал телефон. Он с готовностью снял трубку.

– Лейтенант Рядко, – представился, как обычно.

– Ря-я-я-ядко-о-о! – орал полковник. – Ко мне, живо!

Григорий с удивлением положил трубку обратно, надел пиджак и помчался к начальнику. В дверь даже не постучался – его очень сильно ждали.

– Иди, иди! – зашипел на него секретарь, размахивая руками.

В кабинете, как зверь, готовый к прыжку, стоял Кердыев, а Рашин наматывал круги вокруг стола. Увидев вошедшего, Леонид Алексеевич едва ли не с кулаками набросился на подчиненного.

– Где Белолобов!? – закричал полковник. – Где, сука, этот гаденыш? Куда ты его, гондон, отпустил?

– Белолобов ликвидирован, – опешил громила и сделал шаг назад. – Как приказано…

– Где, сука, он ликвидирован?!

– Там, где положено – напротив комнаты номер восемнадцать.

– Нет трупа напротив комнаты номер восемнадцать! – кривляясь, как паяц, начальник присел и развел руки. – И напротив других комнат нет! И вообще в подвале нет!

Лейтенант решил, что его подставляют. Он выхватил пистолет.

– Ты что? – окостенел полковник.

Григорий вынул обойму.

– Вот! – ради большей убедительности тоже на высоких тонах заговорил он. – В обойме нет одного патрона! Точно в затылок! Пуля на полу валяется – я заметил, как она от стены отскочила! Кровищи – море! А если труп кто спер – я тут причем? Только на какой хрен он кому-то нужен? И что значит – «отпустил»? Из подвала выхода нет! Куда там можно уйти?

У Рашина перехватило дыхание, глаза бешено вращались.

– Майор, – сипло сказал он. – Проверь.

– За мной, – скомандовал Алиевич, и вдвоем с Григорием они побежали, перепрыгивая ступеньки, молча, не тратя время на бесполезные слова.

Домчались до подвала, лейтенант увлек Кердыева за собой и опешил. Давно ко всему привыкшие члены спецкоманды стояли и спокойно курили. Тела не было.

– Вот кровь, – уверенно показал Рядко, – целая лужа. Как видите, свежая. Вот след от моей пули, – он ковырнул ямку на стене. – О! Гильза! – наклонился и поднял ее, поднес к носу майора. – Проведем баллистическую экспертизу – из моего пистолета, нет?

– Твою мать! – зарычал Кердыев.

– Эй, – позвал их один из ребят, – вы тут хоть сутки ругайтесь, нам-то что делать?

– Можете идти! – продолжал рычать Алиевич.

Те пожали плечами, спокойно прошагали мимо них.

– Давай к Рашину, – простонал непосредственный начальник.

Поднимались уже не так быстро, как спускались минутой ранее.

Полковник в кабинете смотрелся в зеркало – видимо, искал новые седые волосы.

– Нет трупа, – доложил майор. – Кровь, след от пули, гильза – есть, трупа – нет.

– А, может, то кровь животного, а Белолобов уже по канализации на свободу лезет? – Леонид Алексеевич развернулся и тяжело посмотрел на подчиненных. – А, Рядко?

Лейтенант, не сдержавшись, фыркнул.

– Малышев анализ крови за пять минут сделает и скажет, чья она – собачья, свиная или человеческая.

Хозяин кабинета вдруг рассмеялся.

– Богу – и то трое суток потребовалось, чтобы на небо вознестись. А тут – раз! – и испарился.

Подошел к шкафчику, достал полбутылки коньяку, чайные тонкостенные стаканы, разлил по пятьдесят.