Шрифт:
«Водолазка» швырнул в него камнем, тот просвистел мимо, и Коренев отбежал еще дальше.
– Предлагаю следующее решение проблемы, – пристроив мяч подмышкой, сказал «кепка». – Вы можете свой мяч выкупить.
– Это как – «выкупить»? – нахмурился Быша.
– Ну, вам хочется играть, а нам – выпить портвейну. Бутылка – рубль семьдесят, две бутылки – три сорок. Ну, сорок копеек мы как-нибудь найдем, так что с вас трояк. Или, – тут он вытащил из кармана и раскрыл перочинный ножик, – я его вообще проколю.
– Как проколешь? – заорал Жорка. – Это «олимпийский» мяч, настоящий, кожаный! Он двадцать пять рублей стоит! Мы на него всем домом скидывались!
– А вот так и проколю, – спокойно ответил хулиган и картинно занес ножик над снарядом.
– Братья! – выкрикнул Демосфен. – Нас – почти полтора десятка человек! Бросим вызов асоциальным элементам, соберем силы в кулак, одолеем супостата, без приглашения шагнувшего на нашу землю! Объединим силы и обуздаем…
«Кепка» мячом ударил Демоса в лицо, и так умело, что тот отскочил пришельцу обратно в руки, оставив на носу и лбу мальчишки красные пятиугольные отпечатки.
– Стоп! – сказал Данилин. – У меня есть трояк.
– Откуда? – удивился Шило.
– Мать просила купить одну вещь.
– Тебе влетит!
– Не влетит. Я ей все объясню, она у меня добрая.
– Мы, – обернулся Олег, – завтра скинемся, отдадим.
– Ну да, я понимаю, – Кипиани полез в карман и вынул зеленую бумажку. – Держи, – протянул он деньги хулигану.
Тот спокойно, как будто все, что происходило, являлось обычным делом, забрал трояк и кинул «круглого» Шиле.
– Давайте, мелкие, двигайте домой, скоро передача «Спокойной ночи, малыши!» начнется, – подвел «кепка» черту.
«Водолазка» забрал у подружки дымящийся окурок обратно и с удовольствием затянулся, заводила обнял девицу, и все вместе они пошли на выход.
– Тебе кранты, все, капец! – орал из своего дальнего далёка Борька.
Главный хулиган бросил через плечо:
– Гуд бай, мелюзга! – а потом еще, не оборачиваясь, помахал рукой.
Демосфен тер лоб, Олег спросил его:
– Федь, ты как?
– Да с лицом ерунда, но до чего ж обидно, а?
На площадку вернулись поникшие, продолжать игру настроения не нашлось ни у кого. Договорились этот матч считать ничейным, а если по результатам двух оставшихся игр тоже будет ничья, например, каждый выиграет по разу – бить пенальти. С тем и разошлись.
С Жоркой и Лешкой направились к дому, Шило строил страшные планы жестокой мести, но Вождь понимал, что продолжения не будет – где негодяев искать? А все прошло, может, лучше, чем могло сложиться. Допустим, выпили бы до встречи наглецы не одну бутылку, а три, а «кепка» бы еще и ножиком принялся размахивать…
«Откупились серебром, как Иван Калита и Симеон Гордый, – пронеслось в голове. – Все живы, все здоровы. Нет, но прав Федька – зато как обидно!»
VI
Дома его ждал сюрприз.
– А к тебе Славик пришел, – сообщила мама.
Юный меломан хлопнул себя по лбу – что за денек суматошный, как он мог забыть!
Кинулся в свою комнату. Славка, единственный приятель, разделявший его страсть к значкам, сидел в кресле и листал альбом с фотографиями орденов ХIХ века. Награды они не собирали – не по Сеньке шапка, безумно дорого – но если есть альбом, то почему бы не полюбоваться?
– Здоров! – крикнул от порога Белолобов. – Давно ждешь?
– Ерунда. Минут десять, не больше. Хвастайся, что у тебя нового? Я по телефону ничего не понял. Ты, что, марки начал собирать? Это же не наша тема!
– Ха! Тема, не тема… – Олежка полез в свой шкаф, вынул коробку из-под конфет, раскрыл ее, протянул уже завернутую в полиэтилен открытку. На ней изображалась эмблема предстоящего чемпионата мира по футболу в Испании, ниже была приклеена огромная почтовая марка с той же эмблемой, а еще ниже стоял автограф.
– Ри… Ри… Да… – пытался разобрать надпись, склонив вбок голову и высунув от напряжения язык, гость. Наконец, до него дошло, – Ринат Дасаев! Подпись настоящая?! – и, не дожидаясь ответа: – Где взял?!
– Сам офонарел. Читал «Советский спорт», там объявили конкурс знатоков футбола «Испания-82», всего пять туров, пятый вообще – игра в угадайку, то есть победитель определится только в июле. Я прошел два тура, а на третьем засыпался на вопросе, кто у голландцев попал аргентинцам в штангу на прошлом мундиале…
– Ренсенбринк! Спросил бы у меня, тупица!
– Ну, Ренсенбринк, так Ренсенбринк, дело прошлое. И вот неделю назад почтовый ящик открываю – и тут такое чудо. Видимо, редакция решила меня поощрить, потому что я в каждом письме указывал: «Олег Белолобов, 12 лет».