У" ри вздрогнула и подняла голову. В её глазищах стояли слёзы.

— Почему ты такой злой? — дрожащим голосом спросила она. — Почему ты смотришь на меня как на червяка?

— А… — тупо произнёс могильщик.

— Ты меня презираешь? — всхлипнула девушка. По её щекам потекли первые крупные слёзы. — За что? Что я тебе сделала?

— А…

— Я стала плохо готовить? Ты ешь так, будто тебе в тарелку навалили помоев! Или слишком глупая и наивная для тебя? Конечно, могильщик с материка, повидавший все красоты этого мира! Какое ему дело до простушки с островов? Мог бы тогда и не притворяться раньше! Мог бы… — У" ри разразилась рыданиями.

— Вообще-то, я повидал все скелеты этого мира, — пробормотал Велион, садясь рядом с девушкой.

Он чувствовал себя идиотом. Почему У" ри стала его избегать? Из-за того, что узнала, что он могильщик? Или потому, что могильщик встречал её с гордо вздёрнутым подбородком и презрительной ухмылочкой на губах?

Любуйтесь на меня, я могильщик! Вы меня презираете? Что ж, я отвечаю вам тем же. Одиночка, брошенный всеми. Или бросивший всех идиот, лелеющий своё раздутое самомнение? Он ушёл от Свиши, фактически бросил Крами. И всё это время Чёрный могильщик чувствовал себя всеми покинутым. Конечно, во всём виновато проклятье, оно не позволяет ему сходиться с людьми. Но почему к нему ни разу не пришла мысль о том, что в этом есть и часть его вины? Да, есть те, кто при виде перчаток тянется за камнем, но ведь есть и другие люди.

— Ты меня просто растоптала, — пробормотал Велион, вызвав тем самым очередную порцию рыданий.

Не зная, что делать, могильщик протянул руку и приобнял У" ри. Девушка прижалась к его груди и разрыдалась ещё сильней, хотя это, казало бы, было невозможно.

— Прости меня, — неуверенно сказал Велион. — Просто… — он на миг замолчал. Думал, что ты меня презираешь? Зачем это говорить сейчас? — Просто я дурак.

У" ри подняла голову и, утирая тыльной стороной ладони распухший от рыданий нос, посмотрела могильщику в глаза. Велион неуверенно улыбнулся. Ему захотелось поцеловать её, но вместо этого он протянул руку и так нежно, как мог, вытер указательным пальцем сбегающую по щеке девушки слезинку. Её кожа была нежной.

— Я знаю, что ты чувствуешь, — всхлипывая, произнесла У" ри. — Я тоже слишком долго была одна… после того, как мои родители погибли…

Велион икнул и чуть отстранился. Если бы не последняя фраза, он бы накинулся на У" ри, и кто знает, что было бы дальше. Чёрт возьми, не все такие испорченные, как он. Да и девчонка почти в два раза младше него.

— Поможешь мне помыть миску? — неуверенно спросила девушка.

— Угу.

Кажется, она попробовала строить ему глазки, но покрасневшие веки, распухший от рыданий нос и всё ещё не прекратившиеся всхлипывания не сильно-то к этому располагали. Тем не менее, Велион улыбнулся, хотя его ответ звучал довольно мрачно. У" ри улыбнулась в ответ и, забавно шмыгнув носом, поднялась.

— Мы идём?

— Конечно.

"Всеми покинутая… Такая же, как я…".

— Если меня не будет, это не значит, что тренировки прекратились, понял меня? — бурчал К" ле, складывая одеяло. — Дня через три попробую вернуться.

— Почему Н" до тебя вызвал? — спросил Велион. Он старался сохранить серьёзное лицо, но идиотская улыбка сама выползала на его губы. "Хера с два я буду тренироваться".

— Хрен его знает, — скривился мастер. — Какая-то идиотская у него причина. Думаю, просто не хочет, чтобы я как следует подготовил тебя к турниру. Но я вернусь. К тому же, Г" ра и У" ри буду к тебе приходить и контролировать. Так что не ленись. — К" ле выпрямился и, мрачно поглядев на могильщика, тяжело вздохнул. — У" ри тебя проконтролирует, угу… Прискакала в замок с улыбкой до ушей. Если обидишь…

— Как вы можете, мастер…

— Молодость, мать вашу, — буркнул мастер и отвернулся. Но Велион успел увидеть, что он улыбается.

Возможно, это позволит ему задержать могильщика при себе дольше, чтобы убедить отомстить. Возможно, он просто радовался. Какая разница?

Отсмеявшись, Велион утёр выступившую в уголке глаза слезу. У" ри сидела рядом, забытое грязное блюдо стояло у весело журчащего родника. Мизинец девушки едва касался мизинца могильщика, но это прикосновение вызывало дрожь ещё более сильную, чем змеи, когда держишь их в перчатках.

— А ты знаешь какие-нибудь смешные истории? — спросила У" ри.

Тотенграбер на миг задумался.

— Как-то мы с двумя другими могильщиками пошли в один очень неприятный могильник. Один из них начал работать с ожерельем со змеями, лежащем… — Велион замолчал.

Да, Жжёный очень смешно прыгал, брыкался и тряс совей обожженной ещё в детстве головой, когда какая-то мелкая тварь выпрыгнула из-под камня и вцепилась ему в нос. Велион и второй могильщик, имя которого он уже и не помнил, смеялись, как идиоты. До тех пор, пока Жжёный не угодил ногой в груду железа, и обоих его товарищей окатило его кровью, дерьмом и кусками плоти. А потом погиб и второй могильщик. Велион, бросив хабар тащил его на себе, а вынеся из города понял, что он уже не дышит, но всё равно попробовал откачать. Его руки провалились в грудь мертвеца — у того были раздроблены все рёбра. Руки тоже — когда Велион потащил его в яму, они оторвались, плоть сгнила так, будто могильщик был мёртв уже несколько недель. А у самого Чёрного могильщика после этого по всему телу пошли чирьи, которые ему удалось вылечить только в храме Мёртвой матери.

Но почему в памяти возникла только картинка того, как Жжёный, матерясь, скакал по улице и размахивал руками.

— Вообще-то это не очень смешная история, — сказал, наконец, могильщик.

— Вспомни что-нибудь другое.

Велион почувствовал лёгкую злость.

— Как-то крестьяне закидали меня дерьмом и камнями, они очень смеялись. Наверное, это был самый уморительный момент в моей жизни. Но я не смеялся, даже после того, как вырезал половину этих ублюдоков, а их детей накормил дерьмом, которым они в меня швыряли.