Гарри против воли порозовел.

— Я вел себя глупо, мистер Дигори. Прошу прощения за себя... тогдашнего.

— Ну что вы, — мелодично рассмеялся эдинбуржец. — Вы были очаровательны. Но, сами понимаете, вы бы меня под монастырь подвели, да и себя тоже.

Директор спрятал смущение за бокалом коктейля.

— До сих пор не верится, что вы заинтересовались моим бизнесом, — поспешно перевел тему он. — Вы в самом деле считаете, что это перспективное дело и стоит того, чтобы...

— Любое дело можно сделать перспективным, — внимательно разглядывая Гарри, сказал Дигори. — А можно и погубить. Не в деле дело, простите за каламбур, а в способностях дельца. Думаю, мы с вами не прогадаем. Наше братство невидимо, но каждый готов протянуть брату руку помощи.

— Какое братство? — нахмурился Гарри. — Вы что, тоже член какой-то ложи?

Мистер Дигори вновь рассмеялся, дав директору возможность полюбоваться очаровательными ямочками на щеках.

— Я говорю о людях с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Это не значит, что мои симпатии определяют размещение моих капиталовложений. В случае с вами, скажем, я действительно хочу попробовать выйти за рамки виртуального рынка ценных бумаг. Чем больше наша деятельность охватывает разнообразных сфер, тем шире возможности и границы влияния. Тем более, я лично не намерен пачкать руки мотоциклами. Я мечусь между Лондоном и Эдинбургом, так что «Волкодавом» займется другой человек. Никакой прямой связи между мной и вами прослеживаться не будет.

— Другой человек? — разочарованно протянул Гарри. — Э-э... жаль. Я думал, вы будете лично принимать участие, — он смутился и замолчал.

Мистер Дигори отставил коктейль и придвинулся поближе.

— Я не против ЛИЧНОГО участия. Но это участие афишировать не следует. Грешить нужно с умом, — медовым голосом прибавил он. — Чтобы не попасть в рукотворный ад.

Рыжие огни зала смягчили позорный румянец, которым заполыхало лицо директора Поттера.

— Я не гей, мистер Дигори, — хрипло сказал он, внимательно разглядывая пузырьки на поверхности молочного коктейля.

— И я не гей, — парировал эдинбуржец. — С чего вы взяли? Раз уж мы ступили на скользкую дорожку откровенности... Я бисексуал. Но кричать об этом — вложить оружие в руки врага. К примеру, возьмите покойного хозяина этого заведения, — Дигори махнул рукой на зал. — Если бы не его ориентация, сидел бы в министерском кресле, по меньшей мере. Масоны толерантны к геям, пока это не мешает Делу. Но если человек у всех на виду... — он осуждающе покачал головой.

«Опять масоны», — мелькнуло у директора. Казалось, количество невидимых каменщиков на квадратный фут неумолимо возрастает.

— Вы знали господина Дамблдора? — спросил он вслух.

— Видите ли... Я стараюсь контактировать с людьми полезными и влиятельными, — светло улыбнулся Дигори. — Но компрометировать себя знакомством с политически неугодными, которые с пеной у рта поддерживают сексуальные меньшинства, — он презрительно скривил губы. — Нет, увольте.

Директор нахмурился, пытаясь понять, почему собеседник нравится ему все меньше и меньше.

— То ли дело мистер Риддл, который одной рукой финансирует священничество, борющееся против гомосексуалистов, а другой рукой оплачивает кампанию, защищающую их права. Сколько выгоды можно извлечь из человеческих слабостей, не поверите, мистер Поттер!

«Знакомая песня, — кисло подумал Гарри. — Муди что-то подобное пел».

— А...э-э... профессор Снейп? С ним тоже вредно контактировать?

Мистер Дигори опустил ресницы.

— Господин Снейп хотя бы не высовывается, — промурлыкал он. — Я его плохо знаю, к сожалению, — с ноткой разочарования прибавил он.

«Но хотел бы узнать!» — с неожиданной злостью подумал директор.

— Вам не нравится шейк? — поинтересовался собеседник. — Можем заказать что-то посерьезнее. Кстати, могу я называть вас Гарри?..

— Да, конечно, — пробормотал молодой человек. — Я тоже могу обращаться к вам по имени?

— Само собой, — Дигори отпил глоток коктейля и медленно облизал губы. — В неофициальной обстановке, разумеется.

— Знаете, Седрик... — неуверенно начал Гарри, пытаясь сформулировать посетившую его мысль. — Мне не нравится, когда геи кричат о себе на весь свет. Но в последнее время я начинаю думать, что когда они от страха уходят в подполье... Это тоже неправильно. Не по-человечески как-то.

— Подполье подполью рознь, — Дигори неожиданно вытянул руку и провел кончиками пальцев по скуле Гарри. — У вас потрясающая кожа, знаете? Приходит на ум молоко и розы.

В директорской голове пронеслось нехорошее ругательство.

— Мы собирались рассмотреть некоторые пункты предварительного соглашения, — торопливо сказал он, хватаясь за кейс, как за спасательный круг. — Не будем терять времени, мистер Дигори.

* * *

«Опять сто второй! — директор Поттер остановился у матовой стеклянной двери и попытался унять участившееся сердцебиение. — Чертов Крауч, не иначе!»